Новости Энциклопедия переводчика Блоги Авторский дневник Форум Работа

Декларация Поиск О нас пишут Награды Читальня Конкурсы Опросы








ГП-цитатник

Перевод "State of the Union 2016". Буду благодарна критике.

Модератор: nissin

Перевод "State of the Union 2016". Буду благодарна критике.

Сообщение DDarya » Сб апр 09, 2016 00:57



"State of the Union 2016""Положение в стране 2016"



Mr. Speaker, Mr. Vice President, Members of Congress, my fellow Americans:Господин спикер, господин Вице-президент, члены Конгресса, сограждане.



Tonight marks the eighth year that I’ve come here to report on the State of the Union. And for this final one, I’m going to try to make it a little shorter. (Applause.) I know some of you are antsy to get back to Iowa. (Laughter.) I've been there. I'll be shaking hands afterwards if you want some tips. (Laughter.)Сегодня в восьмой раз я пришел сюда, чтобы выступить с посланием о положении страны. И в этот последний раз я постараюсь быть более кратким. Я знаю, что некоторым из вас не терпится вернуться в Айову.



And I understand that because it’s an election season, expectations for what we will achieve this year are low. But, Mr. Speaker, I appreciate the constructive approach that you and the other leaders took at the end of last year to pass a budget and make tax cuts permanent for working families. So I hope we can work together this year on some bipartisan priorities like criminal justice reform -- (applause) -- and helping people who are battling prescription drug abuse and heroin abuse. (Applause.) So, who knows, we might surprise the cynics again.Я также знаю, что, поскольку сейчас проходит предвыборная кампания, ожидания по поводу достижений в будущем невысоки. И все же, господин спикер, я очень ценю конструктивный подход, которого придерживались Вы и другие лидеры в конце прошлого года с целью утверждения бюджета и постоянного снижения налогов для работающих семей. Таким образом я надеюсь, что в этом году мы также будем работать вместе по приоритетным для обеих партий направлениям, таким как реформа уголовного права, и поможем людям, борющимся против злоупотребления лекарствами рецептурного отпуска. Что если мы снова удивим циников?



But tonight, I want to go easy on the traditional list of proposals for the year ahead. Don’t worry, I’ve got plenty, from helping students learn to write computer code to personalizing medical treatments for patients. And I will keep pushing for progress on the work that I believe still needs to be done. Fixing a broken immigration system. (Applause.) Protecting our kids from gun violence. (Applause.) Equal pay for equal work. (Applause.) Paid leave. (Applause.) Raising the minimum wage. (Applause.) All these things still matter to hardworking families. They’re still the right thing to do. And I won't let up until they get done.Но сегодня я не хочу углубляться в традиционный список предложений на следующий год. Не волнуйтесь, у меня их очень много, начиная с того, как помочь студентам писать компьютерный код и заканчивая персонализацией медицинского лечения больных. И я продолжу двигаться вперед и делать то, что все еще не сделано. Исправление нарушенной системы иммиграции. Защита наших детей от насилия с применением оружия. Равная плата за равную работу, оплачиваемый отпуск, поднятие минимальной заработной платы. Все эти вопросы все еще важны для трудящихся семей, и я не успокоюсь, пока они не будут решены.



But for my final address to this chamber, I don’t want to just talk about next year. I want to focus on the next five years, the next 10 years, and beyond. I want to focus on our future.Но в своем последнем послании к конгрессу я не хочу говорить лишь о следующем году. Я хочу сосредоточить внимание на следующих пяти, десяти годах, и даже дальше. Я хочу сосредоточить внимание на нашем будущем.



We live in a time of extraordinary change -- change that’s reshaping the way we live, the way we work, our planet, our place in the world. It’s change that promises amazing medical breakthroughs, but also economic disruptions that strain working families. It promises education for girls in the most remote villages, but also connects terrorists plotting an ocean away. It’s change that can broaden opportunity, or widen inequality. And whether we like it or not, the pace of this change will only accelerate.Мы живем во времена невероятных перемен - перемен, придающих новую форму нашему образу жизни, нашей планете и нашему месту в мире. Это те перемены, которые обещают нам поразительные прорывы в медицине, но они также чреваты экономическими потрясениями, которые создадут дополнительную нагрузку для работающих семей. Эти перемены обещают образование для девочек в самых отдаленных деревнях, но они также создают условия для взаимодействия террористов, отделенных друг от друга океаном. Эти перемены могут расширить возможности, однако в то же время они могут расширить и неравенство. И вне зависимости от того, нравится нам это или нет, темп перемен не замедлится.



America has been through big changes before -- wars and depression, the influx of new immigrants, workers fighting for a fair deal, movements to expand civil rights. Each time, there have been those who told us to fear the future; who claimed we could slam the brakes on change; who promised to restore past glory if we just got some group or idea that was threatening America under control. And each time, we overcame those fears. We did not, in the words of Lincoln, adhere to the “dogmas of the quiet past.” Instead we thought anew, and acted anew. We made change work for us, always extending America’s promise outward, to the next frontier, to more people. And because we did -- because we saw opportunity where others saw only peril -- we emerged stronger and better than before.Америка уже проходила этап больших перемен: войны и депрессии, наплыв иммигрантов, забастовки работников и движения за расширение гражданских прав. Каждый раз были те, кто говорил нам бояться будущего; те, кто утверждал, что нам нужно снизить темп перемен, обещая возродить былую славу, если мы возьмем под свой контроль какие-то группировки или идеи, угрожающие Америке. И каждый раз мы преодолевали эти страхи. Мы, как говорил Линкольн, "не предавались догматам спокойного прошлого". Вместо этого мы строили новые планы и действовали в соответствии с ними. Мы сделали так, чтобы перемены работали на нас, всегда продвигали надежды Америки вперед, к следующим рубежам, к все большему количеству людей. И именно потому что мы видели возможности там, где другие видели лишь опасность, мы стали сильнее и лучше, чем когда-либо ранее.



What was true then can be true now. Our unique strengths as a nation -- our optimism and work ethic, our spirit of discovery, our diversity, our commitment to rule of law -- these things give us everything we need to ensure prosperity and security for generations to come.То, что было верно тогда, верно и сейчас. Наши уникальные сильные стороны как нации - оптимизм и трудолюбие, наше желание открытий и инноваций, наше разнообразие и приверженность нормам права - все это дает нам то, что нужно для обеспечения процветания и безопасности на многие годы вперед.



In fact, it’s that spirit that made the progress of these past seven years possible. It’s how we recovered from the worst economic crisis in generations. It’s how we reformed our health care system, and reinvented our energy sector; how we delivered more care and benefits to our troops and veterans, and how we secured the freedom in every state to marry the person we love.На самом деле именно благодаря этому духу стал возможен прогресс, которого мы достигли за последние семь лет. Благодаря ему мы преодолели худший экономический кризис. Благодаря ему мы изменили систему здравоохранения и воссоздали энергетический сектор, предоставили новые льготы и привилегии нашим военнослужащим и ветеранам. И именно благодаря ему у нас теперь есть возможность в каждом штате заключить брак с тем, кого мы любим.



But such progress is not inevitable. It’s the result of choices we make together. And we face such choices right now. Will we respond to the changes of our time with fear, turning inward as a nation, turning against each other as a people? Or will we face the future with confidence in who we are, in what we stand for, in the incredible things that we can do together?Однако такой прогресс не является неизбежным. Это лишь результат наших совместных решений. И такие решения нам предстоить принимать прямо сейчас. Отреагируем ли мы на перемены страхом, самоизолируемся как нация, отвернемся друг от друга? Или же будем смотреть на будущее с уверенностью в том, кто мы есть, за что мы несем ответственность, и в те невероятные достижения, которых мы можем достичь вместе?



So let’s talk about the future, and four big questions that I believe we as a country have to answer -- regardless of who the next President is, or who controls the next Congress.Так давайте поговорим о будущем и о четырех важных вопросах, на которые мы как страна должны найти ответ - вне зависимости от того, кто станет следующим президентом или кто будет руководить в новом составе Конгресса.



First, how do we give everyone a fair shot at opportunity and security in this new economy? (Applause.)В первую очередь - о том, как обеспечить всем равные возможности и безопасность в новых экономических условиях.



Second, how do we make technology work for us, and not against us -- especially when it comes to solving urgent challenges like climate change? (Applause.)Во-вторых - как заставить технологии работать на нас, а не против нас - в особенности когда это касается неотложных задач, таких как изменение климата?



Third, how do we keep America safe and lead the world without becoming its policeman? (Applause.)В-третьих - как мы можем обеспечить Америке безопасность и мировое лидерство, не превращая ее в надзирателя?



And finally, how can we make our politics reflect what’s best in us, and not what’s worst?И, наконец, как сделать так, чтобы наша политика отражала лучшее, а не худшее, в нас?



Let me start with the economy, and a basic fact: The United States of America, right now, has the strongest, most durable economy in the world. (Applause.) We’re in the middle of the longest streak of private sector job creation in history. (Applause.) More than 14 million new jobs, the strongest two years of job growth since the ‘90s, an unemployment rate cut in half. Our auto industry just had its best year ever. (Applause.) That's just part of a manufacturing surge that's created nearly 900,000 new jobs in the past six years. And we’ve done all this while cutting our deficits by almost three-quarters. (Applause.)Позвольте мне начать с экономики и основного факта о том, что сейчас в США сильнейшая и наиболее прочная экономика в мире. Мы в середине длинного пути по созданию рабочих мест в частном секторе. Более 14 миллионов новых рабочих мест, сильнейший рост за два года с 1990-х гг, уровень безработицы сократился вдвое. Автоиндустрия пережила лучший год за все времена. В сфере производства появилось около 900 000 новых рабочих мест за последние 6 лет. И все это мы сделали, почти на три четверти сократив дефицит бюджета.



Anyone claiming that America’s economy is in decline is peddling fiction. (Applause.) Now, what is true -- and the reason that a lot of Americans feel anxious -- is that the economy has been changing in profound ways, changes that started long before the Great Recession hit; changes that have not let up. Today, technology doesn’t just replace jobs on the assembly line, but any job where work can be automated. Companies in a global economy can locate anywhere, and they face tougher competition. As a result, workers have less leverage for a raise. Companies have less loyalty to their communities. And more and more wealth and income is concentrated at the very top.Любые разговоры об упадке экономики в Америке - выдумки. Правда в том, что экономика претерпевала глубочайшие изменения, начавшиеся задолго до начала мирового экономического кризиса и продолжающиеся до сих пор, и это является причиной беспокойства многих американцев. Сегодня технологии не просто заменяют людей на сборочных конвейерах, но также в любых рабочих местах, где труд может быть автоматизирован. Компании в глобальной экономике могут располагаться где угодно, и конкуренция между ними становится все жестче. В результате у работников становится меньше возможностей для достижения повышения зарплаты. Компании менее лояльны к своим сотрудникам, и все больше богатства концентрируется на самой верхушке.



All these trends have squeezed workers, even when they have jobs; even when the economy is growing. It’s made it harder for a hardworking family to pull itself out of poverty, harder for young people to start their careers, tougher for workers to retire when they want to. And although none of these trends are unique to America, they do offend our uniquely American belief that everybody who works hard should get a fair shot.Все эти тенденции выжимают соки из трудящихся, даже когда у них есть работа, и даже когда экономика растет. Из-за этого трудящимся семьям становится тяжелее выйти за грань бедности, молодым людям - начать свою карьеру, а также работникам уйти на пенсию, когда они этого хотят. И хотя все эти тренды имеют место во всем мире, они не соответствуют уникальной для нас вере в равенство, вере в то, что все, кто усердно работает, должны иметь равные возможности.



For the past seven years, our goal has been a growing economy that works also better for everybody. We’ve made progress. But we need to make more. And despite all the political arguments that we’ve had these past few years, there are actually some areas where Americans broadly agree.Последние семь лет наша цель состояла в том, чтобы растущая экономика лучше работала на благо всех и каждого. И мы достигли прогресса в этом направлении. Но нам нужно достичь большего. И несмотря на все политические разногласия, возникавшие за последние несколько лет, в некоторых областях американцы не имеют и малейших разногласий друг с другом.



We agree that real opportunity requires every American to get the education and training they need to land a good-paying job. The bipartisan reform of No Child Left Behind was an important start, and together, we’ve increased early childhood education, lifted high school graduation rates to new highs, boosted graduates in fields like engineering. In the coming years, we should build on that progress, by providing Pre-K for all and -- (applause) -- offering every student the hands-on computer science and math classes that make them job-ready on day one. We should recruit and support more great teachers for our kids. (Applause.)Мы согласны с тем, что в стране настоящих возможностей каждый американец должен быть способен получить образование и профессиональную подготовку, необходимые для высоко оплачиваемой работы. Двухпартийная реформа No Child Left Behind стала важным началом на этом пути, и вместе мы увеличили объемы раннего школьного образования, подняли количество выпускников школ, а также увеличили количество выпускников вузов в сфере инженерной промышленности. И в последующие годы нам нужно продолжить этот прогресс, обеспечив всех нуждающихся дошкольным образованием, обеспечив каждого студента практикумом по компьютерным наукам и занятиями по математике, что позволит им быть готовыми к работе с первого дня. Кроме того, нам следует искать и поддерживать больше высококлассных преподавателей для наших детей.



And we have to make college affordable for every American. (Applause.) No hardworking student should be stuck in the red. We’ve already reduced student loan payments to 10 percent of a borrower’s income. And that's good. But now, we’ve actually got to cut the cost of college. (Applause.) Providing two years of community college at no cost for every responsible student is one of the best ways to do that, and I’m going to keep fighting to get that started this year. (Applause.) It's the right thing to do. (Applause.)И нам следует сделать колледжи доступными для каждого американца. Ведь ни один прилежный студент не должен чувствовать себя повязшим в долгах. Мы уже сократили выплаты по студенческим займам до 10 процентов от дохода заемщика. Сейчас нам нужно сократить и стоимость обучения в колледжах. Один из лучших способов сделать это - обеспечить каждого прилежного ученика возможностью бесплатного обучения в колледже на протяжении двух лет, и я буду бороться за то, чтобы ввести это начиная с текущего года.



But a great education isn’t all we need in this new economy. We also need benefits and protections that provide a basic measure of security. It’s not too much of a stretch to say that some of the only people in America who are going to work the same job, in the same place, with a health and retirement package for 30 years are sitting in this chamber. (Laughter.) For everyone else, especially folks in their 40s and 50s, saving for retirement or bouncing back from job loss has gotten a lot tougher. Americans understand that at some point in their careers, in this new economy, they may have to retool and they may have to retrain. But they shouldn’t lose what they’ve already worked so hard to build in the process.Конечно, отличное образование - не все, что нам нужно в условиях новой экономики. Нам также нужны льготы и меры социальной защиты, являющиеся базовым показателем безопасности. В конце концов, можно с легкостью сказать, что единственные люди в Америке, которые будут продолжать работать на той же работе, в том же месте, в течение 30 лет, а затем получат медицинские льготы и пенсионный пакет, находятся в этом зале. Для других же, в особенности тех, кому около 40 - 50 лет, стало намного труднее заработать на пенсию или оправиться после потери работы. Американцы осознают, что на определенном этапе в их карьере перед ними может появиться необходимость переучиться либо поменять род деятельности. Но это не значит, что они потеряют то, что уже заработали своим упорным трудом.



That’s why Social Security and Medicare are more important than ever. We shouldn’t weaken them; we should strengthen them. (Applause.) And for Americans short of retirement, basic benefits should be just as mobile as everything else is today. That, by the way, is what the Affordable Care Act is all about. It’s about filling the gaps in employer-based care so that when you lose a job, or you go back to school, or you strike out and launch that new business, you’ll still have coverage. Nearly 18 million people have gained coverage so far. (Applause.) And in the process, health care inflation has slowed. And our businesses have created jobs every single month since it became law.Именно поэтому на данный момент программа социального обеспечения и медицинского страхования важны как никогда ранее; нам следует укреплять, а не ослаблять их. А что касается американцев, приближающихся к пенсионному возрасту, базовые льготы для них должны быть такими гибкими, как и все остальное сегодня. Именно на это направлен направлен Закон о доступном медицинском обслуживании. В соответствии с ним нам нужно заполнить пропуски в системе (сделать то, что мы упустили) таким образом, чтобы при потере работы или возвращении в школу, или запуске нового бизнеса, мы все еще были обеспечены пособием. На сегодняшний день им обеспечены около 18 миллионов людей. Рост цен в системе здравоохранения замедлился. И благодаря нашим частным компаниям рабочие места появляются каждый месяц с того времени, как это стало узаконено.



Now, I’m guessing we won’t agree on health care anytime soon. (Applause.) A little applause right there. (Laughter.) Just a guess. But there should be other ways parties can work together to improve economic security. Say a hardworking American loses his job -- we shouldn’t just make sure that he can get unemployment insurance; we should make sure that program encourages him to retrain for a business that’s ready to hire him. If that new job doesn’t pay as much, there should be a system of wage insurance in place so that he can still pay his bills. And even if he’s going from job to job, he should still be able to save for retirement and take his savings with him. That’s the way we make the new economy work better for everybody.Я догадываюсь, мы не достигнем консенсуса в вопросе реформы системы здравоохранения в скором времени. Но должны существовать другие способы, благодаря которым обе стороны смогут достичь повышения уровня экономической безопасности. К примеру, трудящийся американец теряет свою работу. В таком случае нам нужно не просто обеспечить его пособием по безработице, но и убедиться, что он способен пройти переподготовку в сфере, которая может обеспечить его рабочим местом. И для того, чтобы он все еще смог оплатить свои счета даже если зарплата на новом месте не так высока, должна существовать система страхования зарплат. Даже если человек часто меняет место работы, у него все еще должна быть возможность копить деньги на пенсию и забирать накопленные сбережения с собой. Таким образом мы заставим новую экономику работать лучше для каждого из нас.



I also know Speaker Ryan has talked about his interest in tackling poverty. America is about giving everybody willing to work a chance, a hand up. And I’d welcome a serious discussion about strategies we can all support, like expanding tax cuts for low-income workers who don't have children. (Applause.)Я знаю, что спикер Райан также отметил проблему бедности и борьбы с ней. Америка уже очень скоро будет готова подать каждому желающему работать руку помощи. Я с радостью приму предложения, касающиеся стратегий, которые мы все можем принять, как, к примеру, о расширении налоговых льгот для бездетных работающих с низкими доходами.



But there are some areas where we just have to be honest -- it has been difficult to find agreement over the last seven years. And a lot of them fall under the category of what role the government should play in making sure the system’s not rigged in favor of the wealthiest and biggest corporations. (Applause.) And it's an honest disagreement, and the American people have a choice to make.Но существуют и другие области, где достичь соглашения было еще более трудно на протяжении последних 7 лет, в частности они касаются роли, которую должно играть правительство в обеспечении такого положения, в котором система нечестным образом не направлена на выгоду самых богатых и крупных корпораций. И в этом вопросе американцам следует сделать свой выбор.



I believe a thriving private sector is the lifeblood of our economy. I think there are outdated regulations that need to be changed. There is red tape that needs to be cut. (Applause.) There you go! Yes! (Applause.) But after years now of record corporate profits, working families won’t get more opportunity or bigger paychecks just by letting big banks or big oil or hedge funds make their own rules at everybody else’s expense. (Applause.) Middle-class families are not going to feel more secure because we allowed attacks on collective bargaining to go unanswered. Food Stamp recipients did not cause the financial crisis; recklessness on Wall Street did. (Applause.) Immigrants aren’t the principal reason wages haven’t gone up; those decisions are made in the boardrooms that all too often put quarterly earnings over long-term returns. It’s sure not the average family watching tonight that avoids paying taxes through offshore accounts. (Applause.) The point is, I believe that in this new economy, workers and start-ups and small businesses need more of a voice, not less. The rules should work for them. (Applause.) And I'm not alone in this. This year I plan to lift up the many businesses who’ve figured out that doing right by their workers or their customers or their communities ends up being good for their shareholders. (Applause.) And I want to spread those best practices across America. That's part of a brighter future. (Applause.)Я верю в то, что процветающий частный сектор - это источник жизненной силы для нашей экономики. И есть изжившие себя нормы и правила, которые нужно изменить наряду с волокитой и бюрократией, с которыми необходимо бороться. Но спустя годы после рекордных корпоративный прибылей трудящиеся семьи не получат новые благоприятные возможности или повышенные зарплаты, если позволят крупным банкам, ведущим нефтяным компаниям и хедж-фондам устанавливать собственные правила в ущерб всем остальным, а также смирятся с тем, что атаки на коллективные договоры между профсоюзами и нанимателями остаются без ответа. Причиной финансового кризиса были не получатели продовольственных талонов, причиной была беспечность Уолл-стрит. Причиной того, что зарплата не поднялись так сильно, является не наплыв иммигрантов. Эти решения принимаются правлениями компаний, которые квартальную выручку ставят превыше долгосрочной выгоды. И, конечно же, не среднестатистические трудовые семьи прячутся от налогов, выводя средства на оффшорные счета. В условиях новой экономики рабочие, начинающие компании и малый бизнес должны иметь больше, а не меньше, прав. Правила должны работать на них. И в этом году я планирую помогать тем многочисленным компаниям, которые поняли, что справедливое отношение к работникам в итоге идет на пользу их акционерам, клиентам и всем окружающим. Мы должны распространять эту передовую практику по всей Америке.



In fact, it turns out many of our best corporate citizens are also our most creative. And this brings me to the second big question we as a country have to answer: How do we reignite that spirit of innovation to meet our biggest challenges?Следует отметить, что наши компании с большей гражданской ответственностью еще и наиболее креативные и изобретательные. И это приводит меня ко второму важному вопросу, на который нам вместе нужно найти ответ: как возродить дух инноваций так, чтобы он помог нам в достижении наших планов?



Sixty years ago, when the Russians beat us into space, we didn’t deny Sputnik was up there. (Laughter.) We didn’t argue about the science, or shrink our research and development budget. We built a space program almost overnight. And 12 years later, we were walking on the moon. (Applause.)Шестьдесят лет назад, когда русские обошли нас в космосе, мы не отрицали, что Спутник был там. У нас не было аргументов по поводу науки, и мы не сокращали объем денежных средств на исследования и разработки. Практически в одночасье мы выстроили программу космических исследований и 12 лет спустя уже ступили на Луну.



Now, that spirit of discovery is in our DNA. America is Thomas Edison and the Wright Brothers and George Washington Carver. America is Grace Hopper and Katherine Johnson and Sally Ride. America is every immigrant and entrepreneur from Boston to Austin to Silicon Valley, racing to shape a better world. (Applause.) That's who we are.Этот дух новаторства - в нашей крови. Вспомните нашего Томаса Эдисона, братьев Райт и Джорджа Вашингтона. Вспомните Грейс Хоппер, Кэтрин Джонсон и Сэлли Райд. Мы — это те иммигранты и предприниматели от Бостона до Остина и Кремниевой долины, которые стремятся улучшить наш мир.



And over the past seven years, we’ve nurtured that spirit. We’ve protected an open Internet, and taken bold new steps to get more students and low-income Americans online. (Applause.) We’ve launched next-generation manufacturing hubs, and online tools that give an entrepreneur everything he or she needs to start a business in a single day. But we can do so much more.И в течение последних семи лет мы всячески укрепляли этот дух. Вы выступали за открытый интернет, и предприняли смелые шаги, чтобы больше студентов и американцев с небольшими доходами имели доступ к глобальной сети. Мы запускаем производственные центры нового поколения, а также онлайн - инструменты, которые предоставят предпринимателям все необходимое для начала нового бизнеса всего за один день. Но мы можем сделать намного больше.



Last year, Vice President Biden said that with a new moonshot, America can cure cancer. Last month, he worked with this Congress to give scientists at the National Institutes of Health the strongest resources that they’ve had in over a decade. (Applause.) So tonight, I’m announcing a new national effort to get it done. And because he’s gone to the mat for all of us on so many issues over the past 40 years, I’m putting Joe in charge of Mission Control. (Applause.) For the loved ones we’ve all lost, for the families that we can still save, let’s make America the country that cures cancer once and for all. (Applause.)В прошлом году вице-президент Байден сказал, что мы можем победить рак. В прошлом месяце он работал с Конгрессом над тем, чтобы у ученых в Национальных Институтах Здравоохранения были лучшие ресурсы. И сегодня я объявляю о новых общенациональных усилиях по достижению этой цели. А поскольку Джо выходит на ринг за всех нас, решая множество вопросов за последние сорок лет, я ставлю его во главе центра управления. Ради всех тех, кого мы любили и потеряли, ради семей, которые мы еще можем спасти, давайте сделаем Америку страной, которая вылечит рак раз и навсегда.



Medical research is critical. We need the same level of commitment when it comes to developing clean energy sources. (Applause.) Look, if anybody still wants to dispute the science around climate change, have at it. You will be pretty lonely, because you’ll be debating our military, most of America’s business leaders, the majority of the American people, almost the entire scientific community, and 200 nations around the world who agree it’s a problem and intend to solve it. (Applause.)Медицинские исследования невероятно важны. И такой же уровень преданности делу нам нужен в разработке чистых источников энергии. Если кто-то еще хочет оспорить доводы науки о климатических изменениях, продолжайте в том же духе. Но имейте в виду, что вы останетесь в одиночестве, потому что в таком случае вам придется выступить против наших военных, против большинства лидеров в деловых кругах, большинства населения США, практически всего научного сообщества и 200 наций по всему миру, которые согласились с тем, что это проблема, которую нужно решить, и собираются это сделать.



But even if -- even if the planet wasn’t at stake, even if 2014 wasn’t the warmest year on record -- until 2015 turned out to be even hotter -- why would we want to pass up the chance for American businesses to produce and sell the energy of the future? (Applause.)Но даже если бы планета не находилась в опасности, даже если бы 2014 год не был самым теплым за всю историю до того, как не пришел 2015 и побил рекорд - почему американский бизнес должен упускать свой шанс и отказываться от производства и продажи энергии будущего?



Listen, seven years ago, we made the single biggest investment in clean energy in our history. Here are the results. In fields from Iowa to Texas, wind power is now cheaper than dirtier, conventional power. On rooftops from Arizona to New York, solar is saving Americans tens of millions of dollars a year on their energy bills, and employs more Americans than coal -- in jobs that pay better than average. We’re taking steps to give homeowners the freedom to generate and store their own energy -- something, by the way, that environmentalists and Tea Partiers have teamed up to support. And meanwhile, we’ve cut our imports of foreign oil by nearly 60 percent, and cut carbon pollution more than any other country on Earth. (Applause.)Семь лет назад мы внесли наикрупнейшую за всю историю Америки инвестицию в чистую энергию. И вот результаты: в полях от Айовы до Техаса ветровая энергия сегодня обходится дешевле, чем обыкновенная, привычная нам энергия. На крышах от Аризоны до Нью-Йорка солнечные батареи помогают американцам сохранить десятки миллионов долларов в год на счетах за электричество, и к тому же предоставляет больше хорошо оплачиваемых рабочих мест, чем угольный сектор. Мы предпринимаем шаги на пути к тому, чтобы у владельцев домов была возможность свободно накапливать и хранить свою собственную энергию, и эту идею поддерживают защитники окружающей среды и Чайная Партия. Тем временем мы также сократили импорт нефти до 60% и уменьшили выбросы углекислого газа в атмосферу больше, чем любая другая нация на нашей планете.



Gas under two bucks a gallon ain’t bad, either. (Applause.)Газ по цене меньше двух долларов за галлон - тоже неплохой результат, не так ли?



Now we’ve got to accelerate the transition away from old, dirtier energy sources. Rather than subsidize the past, we should invest in the future -- especially in communities that rely on fossil fuels. We do them no favor when we don't show them where the trends are going. That’s why I’m going to push to change the way we manage our oil and coal resources, so that they better reflect the costs they impose on taxpayers and our planet. And that way, we put money back into those communities, and put tens of thousands of Americans to work building a 21st century transportation system. (Applause.)Теперь мы намерены ускорить переход от загрязняющей атмосферу энергии. Вместо того, чтобы субсидировать прошлое, мы должны инвестировать в будущее, особенно там, где население пользуется органическим топливом. Именно поэтому я собираюсь выдвинуть перемены, касающиеся того, как мы используем нефтяные ресурсы и уголь так, чтобы они лучше отражали издержки, которые несут налогоплательщики и вся планета. Таким образом мы вернем деньги тем налогоплательщикам и предоставим рабочие места десяткам тысяч американцев, дав им возможность самим построить транспортную систему 21 века.



Now, none of this is going to happen overnight. And, yes, there are plenty of entrenched interests who want to protect the status quo. But the jobs we’ll create, the money we’ll save, the planet we’ll preserve -- that is the kind of future our kids and our grandkids deserve. And it's within our grasp.Конечно, это не произойдет в одночасье. И конечно, существует множество укоренившихся интересов, которые будут защищать статус кво. Но новые рабочие места, сохраненные деньги и спасенная планета - разве не такого будущего заслуживают наши дети и внуки?



Climate change is just one of many issues where our security is linked to the rest of the world. And that’s why the third big question that we have to answer together is how to keep America safe and strong without either isolating ourselves or trying to nation-build everywhere there’s a problem.Изменение климата - лишь один из множества вопросов, где наша безопасность связана с безопасностью остального мира. Именно поэтому третий важный вопрос, на который нам нужно найти ответ - как обеспечить безопасность и могущество Америке, не оставаясь при этом в изоляции и не пытаясь заниматься государственным строительством повсюду, где только возникают проблемы.



I told you earlier all the talk of America’s economic decline is political hot air. Well, so is all the rhetoric you hear about our enemies getting stronger and America getting weaker. Let me tell you something. The United States of America is the most powerful nation on Earth. Period. (Applause.) Period. It’s not even close. It's not even close. (Applause.) It's not even close. We spend more on our military than the next eight nations combined. Our troops are the finest fighting force in the history of the world. (Applause.) No nation attacks us directly, or our allies, because they know that’s the path to ruin. Surveys show our standing around the world is higher than when I was elected to this office, and when it comes to every important international issue, people of the world do not look to Beijing or Moscow to lead -- they call us. (Applause.)Я уже отмечал ранее, что все разговоры об экономическом упадке в Америке - пустая болтовня. Как и разговоры о том, что наши враги становятся сильнее в то время как Америка слабеет. США - наиболее могущественная нация на Земле. И точка. В этом нет сомнений. Никто и близко к нам не стоит. Мы вкладываем в военные ресурсы больше, чем следующие 8 наций вместе. Наши войска - лучшая военная сила в истории человечества. Ни одна нация не осмелится напасть на нас, как и на наших союзников, поскольку они знают, что это гиблая тропа. Как показывают исследования, наше положение в мире улучшилось по сравнению с тем временем, когда я пришел к власти. А когда дело касается важного международного вопроса, люди со всего мира не обращаются в Москву или Пекин - они обращаются к нам.



I mean, it's useful to level the set here, because when we don't, we don't make good decisions......



Now, as someone who begins every day with an intelligence briefing, I know this is a dangerous time. But that’s not primarily because of some looming superpower out there, and certainly not because of diminished American strength. In today’s world, we’re threatened less by evil empires and more by failing states.На данный момент я, человек, утро которого начинается с разговора с разведкой, понимаю, что мы переживаем опасное время. Но это происходит главным образом не потому что где-то существует сверхдержава, грозящая нам, и конечно же не по причине ослабления американской нации. В сегодняшнем мире разваливающиеся государства грозят нам больше, чем могущественные империи.



The Middle East is going through a transformation that will play out for a generation, rooted in conflicts that date back millennia. Economic headwinds are blowing in from a Chinese economy that is in significant transition. Even as their economy severely contracts, Russia is pouring resources in to prop up Ukraine and Syria -- client states that they saw slipping away from their orbit. And the international system we built after World War II is now struggling to keep pace with this new reality.Ближний Восток проходит через трансформацию, которая повлияет на все поколение, трансформацию, корни которой образовались еще тысячелетия назад. Экономические последствия обусловлены состоянием китайской экономики, которая находится в переходном периоде. Несмотря на сокращение экономики, Россия направляет ресурсы на поддержание Украины и Сирии — государств, которые прямо у нее на глазах уходят с ее орбиты. И международная система, которую мы создали вместе после Второй мировой войны, сейчас пытается успевать за этой новой реальностью.



It’s up to us, the United States of America, to help remake that system. And to do that well it means that we’ve got to set priorities.И именно в наших руках, в руках США - помочь переделать эту систему. А для того, чтобы сделать это качественно, нам нужно расставить приоритеты.



Priority number one is protecting the American people and going after terrorist networks. (Applause.) Both al Qaeda and now ISIL pose a direct threat to our people, because in today’s world, even a handful of terrorists who place no value on human life, including their own, can do a lot of damage. They use the Internet to poison the minds of individuals inside our country. Their actions undermine and destabilize our allies. We have to take them out.Приоритет номер один - защитить людей Америки и пресечь существование террористических сетей. И «Аль-Каида», и ИГИЛ представляют прямую угрозу для наших граждан, поскольку в сегодняшнем мире даже несколько террористов, совершенно не ценящих человеческую жизнь, включая свою собственную, могут нанести огромный ущерб. Они используют интернет для того, чтобы загрязнить умы людей в нашей стране. Их действия подрывают и дестабилизируют наших союзников. Мы должны остановить их.



But as we focus on destroying ISIL, over-the-top claims that this is World War III just play into their hands. Masses of fighters on the back of pickup trucks, twisted souls plotting in apartments or garages -- they pose an enormous danger to civilians; they have to be stopped. But they do not threaten our national existence. (Applause.) That is the story ISIL wants to tell. That’s the kind of propaganda they use to recruit. We don’t need to build them up to show that we’re serious, and we sure don't need to push away vital allies in this fight by echoing the lie that ISIL is somehow representative of one of the world’s largest religions. (Applause.) We just need to call them what they are -- killers and fanatics who have to be rooted out, hunted down, and destroyed. (Applause.)Однако когда мы сосредотачиваемся на уничтожении ИГИЛа, говорят, что вот-вот разгорится Третья мировая. Огромное множество борцов в кузовах пикапов, извращенные умы, строящие зловещие планы в квартирах или гаражах - они представляют собой огромную опасность для граждан. И их нужно остановить. Но они не угрожают нашему существованию. Этого хочет ИГИЛ. И это они пропагандируют для того, чтобы привлечь новых людей. Нам не нужно для того, чтобы показать, что наши намерения серьезны. и более того, нам не нужно выдвигать наших жизненно важных союзников на борьбу с ними, тем самым подтверждая их утверждения о том, что их религия - одна из величайших мировых религий. Нам нужно называть их их настоящими именами - убийцы и фанатики, которых нужно найти и уничтожить.



And that’s exactly what we’re doing. For more than a year, America has led a coalition of more than 60 countries to cut off ISIL’s financing, disrupt their plots, stop the flow of terrorist fighters, and stamp out their vicious ideology. With nearly 10,000 air strikes, we’re taking out their leadership, their oil, their training camps, their weapons. We’re training, arming, and supporting forces who are steadily reclaiming territory in Iraq and Syria.Именно этим мы и занимаемся. На протяжении более года Америка вела коалицию из более 60 стран, направленную на то, чтобы прекратить финансирование ИГИЛа, разрушить их планы, прекратить поток террористов и искоренить порочную идеологию. Совершив почти 10 000 авиаударов мы берем лидерство на себя и уничтожаем их нефть, тренировочные лагеря, оружие. Мы тренируем, вооружаем и поддерживаем силы, которые постепенно завоевывают территорию Ирака и Сирии.



If this Congress is serious about winning this war, and wants to send a message to our troops and the world, authorize the use of military force against ISIL. Take a vote. (Applause.) Take a vote. But the American people should know that with or without congressional action, ISIL will learn the same lessons as terrorists before them. If you doubt America’s commitment -- or mine -- to see that justice is done, just ask Osama bin Laden. (Applause.) Ask the leader of al Qaeda in Yemen, who was taken out last year, or the perpetrator of the Benghazi attacks, who sits in a prison cell. When you come after Americans, we go after you. (Applause.) And it may take time, but we have long memories, and our reach has no limits. (Applause.)Если Конгресс серьезно настроен на победу в войне и хочет отправить сообщение нашим войскам и всему миру, нужно санкционировать использование военной силы против ISIL. Проголосуйте. Проголосуйте. Но мы должны знать, что с решением Конгресса или же без него ИГИЛ выучит те же уроки, что и террористы выучили до них. Если вы сомневаетесь в преданности Америки - или же в моей преданности - для того, чтобы убедиться в справедливости, спросите Усаму бен Ладена. Спросите лидера «Аль-Каиды в Йемене», который был ликвидирован в прошлом году, или виновника нападений в Бенгази, который находится в заключении. Когда вы начинаете охоту на американцев, мы начинаем охоту на вас. На это уйдет какое-то время, но у нас хорошая память, а наши возможности беспредельны.



Our foreign policy hast to be focused on the threat from ISIL and al Qaeda, but it can’t stop there. For even without ISIL, even without al Qaeda, instability will continue for decades in many parts of the world -- in the Middle East, in Afghanistan, parts of Pakistan, in parts of Central America, in Africa, and Asia. Some of these places may become safe havens for new terrorist networks. Others will just fall victim to ethnic conflict, or famine, feeding the next wave of refugees. The world will look to us to help solve these problems, and our answer needs to be more than tough talk or calls to carpet-bomb civilians. That may work as a TV sound bite, but it doesn’t pass muster on the world stage.Наша внешняя политика будет ориентирована на угрозы со стороны ИГИЛ и "Аль-Каиды", но не будет ограничена этим. Так как даже без ИГИЛ, даже без "Аль-Каиды" нестабильность будет продолжаться десятилетия во многих частях света - на Ближнем Востоке, в Афганистане, частях Пакистана и частях Центральной Америки, в Африке и Азии. Некоторые из этих мест могут стать безопасными гаванями для новых террористических сетей. Другие просто станут жертвой этнического конфликта или голода вследствие очередного наплыва беженцев. Мир обратится к нам за помощью в решении этих проблем, и наш ответ должен быть чем-то большим, чем жесткие заявления или ковровые бомбардировки. Это неплохо смотрится по телевизору, но такие действия окажутся неприемлемыми для мирового сообщества.


We also can’t try to take over and rebuild every country that falls into crisis, even if it's done with the best of intentions. (Applause.) That’s not leadership; that’s a recipe for quagmire, spilling American blood and treasure that ultimately will weaken us. It’s the lesson of Vietnam; it's the lesson of Iraq -- and we should have learned it by now. (Applause.)Мы не можем взять на себя ответственность и восстановить каждую страну, испытывающую кризис. Это не лидерство и это заведет нас в трясину, пролитию крови и утере сокровищ нации и в конечном счете сделает нас более слабыми. Этот урок уже прошел Вьетнам, и этот же урок уже прошел Ирак - и нам уже следует его усвоить.



Fortunately, there is a smarter approach, a patient and disciplined strategy that uses every element of our national power. It says America will always act, alone if necessary, to protect our people and our allies; but on issues of global concern, we will mobilize the world to work with us, and make sure other countries pull their own weight.К счастью, есть более разумный подход - спокойная и дисциплинированная стратегия, в которой используются все элементы нашей национальной мощи и влияния. В соответствии с ним Америка всегда будет действовать, и, если необходимо, в одиночку, для того, чтобы защитить наших граждан и наших союзников. Но в глобальных вопросах мы мобилизуем мир таким образом, чтобы он действовал с нами, и убедимся, что другие страны вносят свой посильный вклад.



That’s our approach to conflicts like Syria, where we’re partnering with local forces and leading international efforts to help that broken society pursue a lasting peace.Таков наш подход по отношению к конфликтам наподобие конфликта в Сирии, где мы наладили сотрудничество с местными силами и возглавили международные усилия для того, чтобы помочь расколотому обществу прийти к состоянию прочного мира.



That’s why we built a global coalition, with sanctions and principled diplomacy, to prevent a nuclear-armed Iran. And as we speak, Iran has rolled back its nuclear program, shipped out its uranium stockpile, and the world has avoided another war. (Applause.)Именно поэтому мы, используя санкции и принципиальную дипломатию, создали глобальную коалицию для недопущения создания ядерного оружия в Иране. В настоящее время Иран прекращает свою ядерную программу, вывозит из страны свои запасы урана, и благодаря этому всему миру удалось избежать еще одной войны.



That’s how we stopped the spread of Ebola in West Africa. (Applause.) Our military, our doctors, our development workers -- they were heroic; they set up the platform that then allowed other countries to join in behind us and stamp out that epidemic. Hundreds of thousands, maybe a couple million lives were saved.Так мы остановили распространение вируса Эболы в Западной Африке. Наши войска, медицина, сотрудники из организаций помощи и развития - все они вместе создали платформу, позволяющую другим странам присоединиться к нам в борьбе с этой эпидемией.



That’s how we forged a Trans-Pacific Partnership to open markets, and protect workers and the environment, and advance American leadership in Asia. It cuts 18,000 taxes on products made in America, which will then support more good jobs here in America. With TPP, China does not set the rules in that region; we do. You want to show our strength in this new century? Approve this agreement. Give us the tools to enforce it. It's the right thing to do. (Applause.)Так мы сформировали Транс-Тихоокеанское партнерство, чтобы открыть рынки, защитить рабочих и окружающую среду, а также укрепить американское лидерство в Азии. В рамках этого соглашения было сокращено 18 тысяч налогов на продукцию американского производства и заложены основы для создания дополнительных хороших рабочих мест. Теперь, когда существует ТТП, не Китай устанавливает правила в этом регионе, а мы. Вы хотите продемонстрировать нашу силу в XXI веке? Ратифицируйте это соглашение. Дайте нам инструменты для его реализации.



Let me give you another example. Fifty years of isolating Cuba had failed to promote democracy, and set us back in Latin America. That’s why we restored diplomatic relations -- (applause) -- opened the door to travel and commerce, positioned ourselves to improve the lives of the Cuban people. (Applause.) So if you want to consolidate our leadership and credibility in the hemisphere, recognize that the Cold War is over -- lift the embargo. (Applause.)50 лет изоляции Кубы не помогли продвинуть демократию, а наоборот - ослабили наши позиции в Латинской Америке. Поэтому мы возобновили демократические отношения, открыли путь к путешествиям и коммерции, а также перешли на сторону улчшения жизни кубинцев. Вы хотите укрепить авторитет и лидерство США в нашем полушарии? Признайте, что холодная война закончилась. Снимите эмбарго.



The point is American leadership in the 21st century is not a choice between ignoring the rest of the world -- except when we kill terrorists -- or occupying and rebuilding whatever society is unraveling. Leadership means a wise application of military power, and rallying the world behind causes that are right. It means seeing our foreign assistance as a part of our national security, not something separate, not charity.Лидерство США в 21 веке - это не выбор между игнорированием остального мира с одной стороны (и убийство террористов здесь не в счет) и и оккупацией и перестройкой тех обществ, которые распадаются, с другой. Лидерство означает мудрое использование военных сил. Это означает рассматривать помощь других стран как часть нашей безопасности, а не благотворительность.



When we lead nearly 200 nations to the most ambitious agreement in history to fight climate change, yes, that helps vulnerable countries, but it also protects our kids. When we help Ukraine defend its democracy, or Colombia resolve a decades-long war, that strengthens the international order we depend on. When we help African countries feed their people and care for the sick -- (applause) -- it's the right thing to do, and it prevents the next pandemic from reaching our shores. Right now, we’re on track to end the scourge of HIV/AIDS. That's within our grasp. (Applause.) And we have the chance to accomplish the same thing with malaria -- something I’ll be pushing this Congress to fund this year. (Applause.)То, что мы ведем около 200 стран к заключению самого важного соглашения в истории с целью борьбы с изменением климата, не только помогает уязвимым странам, но и защищает наших детей. То, что мы помогаем Украине защищать свою демократию или Колумбии прекратить войну, длящуюся десятилетия, укрепляет международный порядок, от которого мы все зависим. То, что мы помогаем африканским странам предоставлять пищу и медикаменты своим людям, защищает нас от новой эпидемии. В данный момент мы на пути к завершению борьбы с ВИЧ/СПИД, и у нас есть возможности покончить и с малярией. В этом году я буду настаивать на том, чтобы конгресс профинансировал данные усилия.



That's American strength. That's American leadership. And that kind of leadership depends on the power of our example. That’s why I will keep working to shut down the prison at Guantanamo. (Applause.) It is expensive, it is unnecessary, and it only serves as a recruitment brochure for our enemies. (Applause.) There’s a better way. (Applause.)В этос сила. В этом лидерство. И такое лидерство зависит от нашего примера. Поэтому я продолжу работу над вопросом закрытия тюрьмы в Гуантанамо, так как она бесполезная, дорогая, а также я считаю, что она помогает нашим врагам набирать новобранцев в свои ряды.



And that’s why we need to reject any politics -- any politics -- that targets people because of race or religion. (Applause.) Let me just say this. This is not a matter of political correctness. This is a matter of understanding just what it is that makes us strong. The world respects us not just for our arsenal; it respects us for our diversity, and our openness, and the way we respect every faith.Поэтому нам нужно отвергать политиков, которые осуждают людей по расовой или религиозной принадлежности. И дело здесь не в политкорректности, а в понимании того, что делает нас сильными. Мир уважает нас не только за наш арсенал. Он уважает нас за наше разнообразие, открытость и за то, как мы уважаем веру каждого человека.



His Holiness, Pope Francis, told this body from the very spot that I'm standing on tonight that “to imitate the hatred and violence of tyrants and murderers is the best way to take their place.” When politicians insult Muslims, whether abroad or our fellow citizens, when a mosque is vandalized, or a kid is called names, that doesn’t make us safer. That’s not telling it like it is. It’s just wrong. (Applause.) It diminishes us in the eyes of the world. It makes it harder to achieve our goals. It betrays who we are as a country. (Applause.)Его Пресвятительство Франциск сказал это на том же месте, где я сейчас стою, следующее: «Подражание ненависти и жестокости тиранов и убийц - это лучший способ занять их место». Когда политики выступают против мусульман, или когда совершаются акты вандализма в мечетях, когда запугивают детей, наша безопасность не укрепляется. Это неправильно. Это унижает нас в глазах всего мира. Это отдаляет нас от достижения наших целей. И это подводит нас и наши ценности как народа.



“We the People.” | "Мы - народ".


Our Constitution begins with those three simple words, words we’ve come to recognize mean all the people, not just some; words that insist we rise and fall together, and that's how we might perfect our Union. And that brings me to the fourth, and maybe the most important thing that I want to say tonight.Этими словами начинается наша конституция. Этими словами, обозначающими всех, а не лишь нескольких, людей. Словами, которые означают, что мы падаем и поднимаемся вместе. И эти слова приближают меня к следующей части моей сегодняшней речи.



The future we want -- all of us want -- opportunity and security for our families, a rising standard of living, a sustainable, peaceful planet for our kids -- all that is within our reach. But it will only happen if we work together. It will only happen if we can have rational, constructive debates. It will only happen if we fix our politics.Будущее, которого мы хотим - возможности и безопасность наших семей, поднятие уровня жизни и устойчивое и мирное развитие нашей планеты - все это может стать нашим будущим. Но оно станет реальным только если мы наведем порядок в своей политике.



A better politics doesn’t mean we have to agree on everything. This is a big country -- different regions, different attitudes, different interests. That’s one of our strengths, too. Our Founders distributed power between states and branches of government, and expected us to argue, just as they did, fiercely, over the size and shape of government, over commerce and foreign relations, over the meaning of liberty and the imperatives of security.Лучшая политика не значит, что нам нужно соглашаться со всем. США - огромная страна, где сосуществуют различные религии, взгляды и интересы. И это одно из наших преимуществ. Отцы -основатели распределили власть между штатами и ответвлениями парламента, ожидая, что мы, как и они, будем спорить насчет размера и ветвей парламента, коммерции и международных отношений, о значении свободы и требованиях безопасности.



But democracy does require basic bonds of trust between its citizens. It doesn’t work if we think the people who disagree with us are all motivated by malice. It doesn’t work if we think that our political opponents are unpatriotic or trying to weaken America. Democracy grinds to a halt without a willingness to compromise, or when even basic facts are contested, or when we listen only to those who agree with us. Our public life withers when only the most extreme voices get all the attention. And most of all, democracy breaks down when the average person feels their voice doesn’t matter; that the system is rigged in favor of the rich or the powerful or some special interest.Но демократия означает наличие доверия между гражданами. И его не будет, если мы думаем, что люди, которые не согласны с нами, если мы станем думать, что несогласные с нами люди действуют исключительно из злобных побуждений, или что наши оппоненты непатриотичны. Демократия увядает, когда отсутствует готовность к компромиссам, когда оспариваются даже основополагающие факты, а мы слушаем только тех, кто с нами согласен. Наша общественная жизнь чахнет, когда мы прислушиваемся только к сторонникам крайних взглядов. И прежде всего, демократия рушится, когда обычный человек чувствует, что его голос не имеет значения, что система выстроена в пользу богатых и влиятельных, либо каких-то узких интересов.



Too many Americans feel that way right now. It’s one of the few regrets of my presidency -- that the rancor and suspicion between the parties has gotten worse instead of better. I have no doubt a president with the gifts of Lincoln or Roosevelt might have better bridged the divide, and I guarantee I’ll keep trying to be better so long as I hold this office.И многие американцы чувствуют это сейчас. Это одна из вещей, о которых я сожалею по окончанию своего президентского срока. Ведь присутствует ощущение того, что злопамятство и подозрительность, существующие между партиями, не ослабли, а только усилились. Несомненно, президент, обладающий дарованиями Линкольна или Рузвельта устранил бы раскол, и я уверяю вас, что продолжу свои попытки стать лучше, пока являюсь президентом.



But, my fellow Americans, this cannot be my task -- or any President’s -- alone. There are a whole lot of folks in this chamber, good people who would like to see more cooperation, would like to see a more elevated debate in Washington, but feel trapped by the imperatives of getting elected, by the noise coming out of your base. I know; you’ve told me. It's the worst-kept secret in Washington. And a lot of you aren't enjoying being trapped in that kind of rancor.Но, мои сограждане американцы, этого нельзя достичь силами одного лишь президента. Здесь присутствует много людей, которые хотят видеть большую кооперацию, более активные дебаты в Вашингтоне, но они ощущают себя в ловушке потребности быть избранными. Я знаю, вы мне это говорили.



But that means if we want a better politics -- and I'm addressing the American people now -- if we want a better politics, it’s not enough just to change a congressman or change a senator or even change a President. We have to change the system to reflect our better selves. I think we've got to end the practice of drawing our congressional districts so that politicians can pick their voters, and not the other way around. (Applause.) Let a bipartisan group do it. (Applause.)И если мы хотим лучшую политику, недстаточно сменить конгрессмена или сенатора или даже президента: менять нужно систему. Менять так, чтобы она отражала наши лучшие стороны. Нам нужно покончить с практикой, когда избирательные округа по выборам в конгресс кроятся таким образом, так, что политики могут выбирать тех, кто за них голосует, а не наоборот.



We have to reduce the influence of money in our politics, so that a handful of families or hidden interests can’t bankroll our elections. (Applause.) And if our existing approach to campaign finance reform can’t pass muster in the courts, we need to work together to find a real solution -- because it's a problem. And most of you don't like raising money. I know; I've done it. (Applause.) We’ve got to make it easier to vote, not harder. (Applause.) We need to modernize it for the way we live now. (Applause.) This is America: We want to make it easier for people to participate. And over the course of this year, I intend to travel the country to push for reforms that do just that.Нам нужно сократить влияние денег в политике, чтобы горстка семей и деловых кругов с тайными интересами не могла финансировать наши выборы. А если существующая система финансирования избирательных кампаний не пройдет испытание в судах, нам надо будет совместно заняться поисками настоящего решения проблемы. Процесс голосования надо упрощать, а не усложнять. Его надо модернизировать, чтобы он соответствовал нашему сегодняшнему образу жизни. И в этом году я намереваюсь поездить по стране, чтобы обеспечить поддержку реформам в этом направлении.



But I can’t do these things on my own. (Applause.) Changes in our political process -- in not just who gets elected, but how
they get elected -- that will only happen when the American people demand it. It depends on you. That’s what’s meant by a government of, by, and for the people.Но я не могу сделать это в одиночку. Перемены в политическом процессе - не просто в том, кто избирается, но и в самом процессе - произойдут только когда американцы этого потребуют. Это зависит от вас. Вот что подразумевается под правительством, состоящим из народа и действующим в интересах народа.



What I’m suggesting is hard. It’s a lot easier to be cynical; to accept that change is not possible, and politics is hopeless, and the problem is all the folks who are elected don't care, and to believe that our voices and actions don’t matter. But if we give up now, then we forsake a better future. Those with money and power will gain greater control over the decisions that could send a young soldier to war, or allow another economic disaster, or roll back the equal rights and voting rights that generations of Americans have fought, even died, to secure. And then, as frustration grows, there will be voices urging us to fall back into our respective tribes, to scapegoat fellow citizens who don’t look like us, or pray like us, or vote like we do, or share the same background.То, чего я прошу, нелегко. Легче проявлять скептицизм: осуществить такие перемены невозможно, политика безнадежна, а наши голоса никто не услышит. Но если мы сдадимся сейчас, мы откажемся от лучшего будущего. Те, у кого есть деньги и власть, получат больший контроль над решениями, благодаря которым молодой солдат пойдет на войну, произойдет экономическая катастрофа или исчезнут равные права, за которые боролись и даже умирали целые поколения американцев. Усилится недовольство, начнутся призывы поделиться на племена и расы, люди станут искать виновных среди сограждан, которые не похожи на них, иначе молятся, голосуют не так, как они, и имеют иное происхождение.



We can’t afford to go down that path. It won’t deliver the economy we want. It will not produce the security we want. But most of all, it contradicts everything that makes us the envy of the world.Мы не можем пойти тем путем. Это не обеспечит нам экономику или безопасность, которой мы хотим, но более важно то, что это противоречит всему, что заставляет весь мир завидовать нам.



So, my fellow Americans, whatever you may believe, whether you prefer one party or no party, whether you supported my agenda or fought as hard as you could against it -- our collective futures depends on your willingness to uphold your duties as a citizen. To vote. To speak out. To stand up for others, especially the weak, especially the vulnerable, knowing that each of us is only here because somebody, somewhere, stood up for us. (Applause.) We need every American to stay active in our public life -- and not just during election time -- so that our public life reflects the goodness and the decency that I see in the American people every single day.Таким образом, мои сограждане американцы, во что бы вы ни верили, какую бы партию ни предпочитали, наше совместное будущее зависит от вашего желания выполнять свои обязанности как народа. Высказывать свое мнение. Защищать других, в особенности тех, кто слабее и уязвимее вас, и помнить, что каждый из нас здесь только лишь потому что кто-то где-то защитил нас. Принимать участие в общественной жизни, чтобы она отображала все хорошие качества, которые я каждый день в вас вижу.



It is not easy. Our brand of democracy is hard. But I can promise that a little over a year from now, when I no longer hold this office, I will be right there with you as a citizen, inspired by those voices of fairness and vision, of grit and good humor and kindness that helped America travel so far. Voices that help us see ourselves not, first and foremost, as black or white, or Asian or Latino, not as gay or straight, immigrant or native born, not as Democrat or Republican, but as Americans first, bound by a common creed. Voices Dr. King believed would have the final word -- voices of unarmed truth and unconditional love.Это будет нелегко. Наш тип демократии нелегок. Но я обещаю, что через год, когда я уже не буду президентом США, я буду с вами как часть народа, и буду вдохновляться теми, кто выступает за честность, теми, кто проявляет твердость характера, хорошее чувство юмора и доброту, которые помогли Америке быть там, где она сейчас. Эти голоса помогают нам видеть себя прежде всего не как белых или черных, Азиатов или Латиноамериканцев, людей с традиционной или нетрадиционной ориентацией, иммигрантов или коренных жителей, демократов и республиканцев, но как американцев, связанных общими убеждениями. За этими людьми, которые говорят голосами правды и безусловной любви, последнее слово, в это верил еще Кинг.



And they’re out there, those voices. They don’t get a lot of attention; they don't seek a lot of fanfare; but they’re busy doing the work this country needs doing. I see them everywhere I travel in this incredible country of ours. I see you, the American people. And in your daily acts of citizenship, I see our future unfolding.И они здесь, эти голоса. Они не привлекают много внимания, они его даже не ищут. Ведь они заняты работой, которая нужна нашей стране. Везде, где бы я ни был, я вижу, насколько невероятна наша страна. Я вижу вас. Я знаю, что вы там. И вы - причина, по которой я так уверен в нашем будущем. Потому что я постоянно вижу, как спокойно, но непреклонно вы несете на себе бремя гражданской ответственности.



I see it in the worker on the assembly line who clocked extra shifts to keep his company open, and the boss who pays him higher wages instead of laying him off.Я вижу это в рабочем с конвейера, который отработал несколько дополнительных смен, чтобы не закрылась его компания; я вижу это в его начальнике, который платит ему повышенную зарплату, чтобы он не ушел.



I see it in the Dreamer who stays up late to finish her science project, and the teacher who comes in early because he knows she might someday cure a disease.Я вижу это в мечтателе, который не спит по ночам, чтобы закончить своей научный проект, и в учителе, который приходит на работу раньше, потому что верит, что однажды сможет вылечить заболевание.



I see it in the American who served his time, and made mistakes as a child but now is dreaming of starting over -- and I see it in the business owner who gives him that second chance. The protester determined to prove that justice matters -- and the young cop walking the beat, treating everybody with respect, doing the brave, quiet work of keeping us safe. (Applause.)Я вижу это в американце, который вышел на пенсию и мечтает о том, чтобы начать работать снова, и в бизнесмене, который дает ему такой шанс. В протестующем, который хочет доказать, что справедливость имеет значение, и в молодом сотруднике полиции, относящемся ко всем с уважением и выполняющем смелую и незаметную работу, защищая нас.



I see it in the soldier who gives almost everything to save his brothers, the nurse who tends to him till he can run a marathon, the community that lines up to cheer him on.Я вижу это в солдате, который отдает практически все, чтобы спасти своих братьев, в медсестре, которая заботится о нем, пока он не может бежать марафон, и в людях, которые болеют за него.



It’s the son who finds the courage to come out as who he is, and the father whose love for that son overrides everything he’s been taught. (Applause.)Это можно увидеть и в сыне, который проявляет смелость и показывает, кто он есть на самом деле, и в отце, любовь которого к сыну превосходит все то, чему его учили раньше.



I see it in the elderly woman who will wait in line to cast her vote as long as she has to; the new citizen who casts his vote for the first time; the volunteers at the polls who believe every vote should count -- because each of them in different ways know how much that precious right is worth.Я вижу это в пожилой женщине, которая ждет в очереди столько, сколько потребуется, чтобы отдать свой голос. В новом гражданине, который отдает свой впервые. В волонтерах, которые верят, что важен каждый голос, потому что каждый из них в той или иной степени знает, как дорого это право.



That's the America I know. That’s the country we love. Clear-eyed. Big-hearted. Undaunted by challenge. Optimistic that unarmed truth and unconditional love will have the final word. (Applause.) That’s what makes me so hopeful about our future. I believe in change because I believe in you, the American people.Это Америка, которую я знаю. Это страна, которую мы любим. Проницательная. Великодушная. Верящая в то, что чистая правда и безусловная любовь возьмут свое. Это заставляет меня надеяться на наше будущее. Благодаря вам. Я верю в вас.



And that’s why I stand here confident as I have ever been that the State of our Union is strong. (Applause.)Именно поэтому я стою здесь сегодня уверенный в то, что положение нашей страны прочное и надежное.



Thank you, God bless you. God bless the United States of America.Спасибо. Да благословит вас Господь. Да благословит Господь Соединенные Штаты Америки.
DDarya

 
Сообщения: 3
Зарегистрирован: Пт апр 08, 2016 21:25





Re: Перевод "State of the Union 2016". Буду благодарна крити

Сообщение Наталья Шахова » Сб апр 09, 2016 01:12

expectations for what we will achieve this year
ожидания по поводу достижений в будущем

helping people who are battling prescription drug abuse and heroin abuse.
поможем людям, борящимся против злоупотребления лекарствами рецептурного отпуска.

from helping students learn to write computer code
начиная с того, как помочь студентам писать компьютерный код


We’ve protected an open Internet
Вы выступали за открытый интернет

я не хочу говорить лишь о следующем году


Какой смысл выставлять такой длинный перевод? Для оценки хватило бы и трех абзацев. А исправлять такой огромный и такой небрежный перевод вряд ли кто-то станет.
Аватара пользователя
Наталья Шахова

 
Сообщения: 9504
Зарегистрирован: Ср ноя 05, 2003 19:48
Откуда: Москва
Язык(-и): англ.>рус.

Re: Перевод "State of the Union 2016". Буду благодарна крити

Сообщение Alter Ego » Сб апр 09, 2016 01:15

Наталья Шахова писал(а):helping people who are battling prescription drug abuse and heroin abuse.
поможем людям, борящимся против злоупотребления лекарствами рецептурного отпуска.

Неужто цензура Роспотребнадзора? А то и Роскомнадзора? :wink:

Впрочем, пропуск ремарок об аплодисментах тоже намекает на некоторую особую переводческую задачу. Огласили бы ее заранее, что ли? Как и другие параметры скопоса. Иначе получается странноватая просьба оценить перевод, не имеющий цели, целевой аудитории, конкретных задач, времени и формата представления аудитории и многого прочего. Это в реальном (и внятном учебном) переводческом мире не принято. :-(

Впрочем, есть за что похвалить: во второй итерации в третьем абзаце вполне уместно пропала запятая между подлежащим и сказуемым. Мелочь - а приятно. :appl:
Alter Ego
Читатель Розенталя
 
Сообщения: 10604
Зарегистрирован: Вс дек 04, 2005 16:25
Откуда: Петербург



Словари русского языка

www.gramota.ru
Словарь Мультитран
Язык

Вернуться в «Просьба оценить перевод»

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 4