Новости Энциклопедия переводчика Блоги Авторский дневник Форум Работа

Декларация Поиск О нас пишут Награды Читальня Конкурсы Опросы








ГП-цитатник

Опыты перевода с испанского

Важно: в заголовке кроме темы указывайте ЯЗЫК(И).

Модератор: LyoSHICK

Re: Опыты перевода с испанского

Сообщение Wladimir » Ср окт 12, 2016 18:53

Mouse писал(а):
Wladimir писал(а): Что еще надо? Какого наслаждения вы желаете?

Всё-всё! С помощью отличной выучки я уже вполне насладилась головой младенца! Приношу свои извинения за резкость и неаргументированные аргументы, и обещаю больше не встревать в плодотворную дискуссию.


Ладно, Mouse, не сердитесь. Я тоже извиняюсь за резкость. Но относительно перевода, что я мог поделать, если сеньора выбрала такие аналогии. Мне бы, конечно, такое и в голову не пришло. По понятным причинам. Но куда мне младенца девать было? Родился, так чего уж там. Пришлось смириться и перевести как есть. Мне тоже сначала показалось: какое уродство! А потом пригляделся - а может сеньора права?
:-)
"Не ослепляйся своим знанием... И совет держать позором не считай, советуйся с мудрыми старцами и искренними друзьями".
"Кабус-намэ".
Аватара пользователя
Wladimir
Любитель
 
Сообщения: 5444
Зарегистрирован: Пт дек 09, 2005 12:28
Язык(-и): esp-rus





Re: Опыты перевода с испанского

Сообщение Alter Ego » Сб окт 22, 2016 19:39

Константин Лакшин писал(а):Как мне кажется, 10% по количеству слов -- неизбежный минимум -- просто из-за разницы в устройстве русского и испанского. В художественных текстах меня «удлинение» не раздражало, но тут, по-моему, ситуация другая.

Кстати, пришло в голову заняться арифметикой. Сравнил пролог "Дон Кихота" в оригинале и любимовском переводе:
Слова: 2458 > 2368 (меньше на 3,7%)
Знаки: 13533 >14576 (больше на 7,7%)
Alter Ego
Читатель Розенталя
 
Сообщения: 10896
Зарегистрирован: Вс дек 04, 2005 16:25
Откуда: Петербург

Re: Опыты перевода с испанского

Сообщение Wladimir » Сб окт 22, 2016 22:26

Слов в испанском тексте должно быть больше из-за артиклей, знаков должно быть меньше из-за меньшей (в среднем) длины испанских слов.
"Не ослепляйся своим знанием... И совет держать позором не считай, советуйся с мудрыми старцами и искренними друзьями".
"Кабус-намэ".
Аватара пользователя
Wladimir
Любитель
 
Сообщения: 5444
Зарегистрирован: Пт дек 09, 2005 12:28
Язык(-и): esp-rus

Re: Опыты перевода с испанского

Сообщение Alter Ego » Вс окт 23, 2016 01:27

Wladimir писал(а):знаков должно быть меньше из-за меньшей (в среднем) длины испанских слов

Это само собой. Видимо, Константин имел в виду, что важно, насколько именно меньше и в каком типе текста.
Alter Ego
Читатель Розенталя
 
Сообщения: 10896
Зарегистрирован: Вс дек 04, 2005 16:25
Откуда: Петербург

Re: Опыты перевода с испанского

Сообщение Wladimir » Вс окт 23, 2016 14:51

Согласен с этим уточнением.
"Не ослепляйся своим знанием... И совет держать позором не считай, советуйся с мудрыми старцами и искренними друзьями".
"Кабус-намэ".
Аватара пользователя
Wladimir
Любитель
 
Сообщения: 5444
Зарегистрирован: Пт дек 09, 2005 12:28
Язык(-и): esp-rus

Re: Опыты перевода с испанского

Сообщение Wladimir » Ср окт 26, 2016 14:58

Sorry, это опять я со своим переводом. Но в этот раз текст немного поживее и, хоть и про испанскую жизнь, но что-то мне напоминает. Категория 12+, так что никаких голов невинных младенцев и прочих ужасов. Из этого увлекательного текста вы узнаете, есть ли в Испании "стахановцы", как производственная дисциплина влияет на прочность семейных уз и как будет на латыни "Где они?". Впрочем, спешите убедиться сами.
(Это была ненавязчивая реклама).
:-)
"Не ослепляйся своим знанием... И совет держать позором не считай, советуйся с мудрыми старцами и искренними друзьями".
"Кабус-намэ".
Аватара пользователя
Wladimir
Любитель
 
Сообщения: 5444
Зарегистрирован: Пт дек 09, 2005 12:28
Язык(-и): esp-rus

Re: Опыты перевода с испанского

Сообщение Wladimir » Ср окт 26, 2016 14:59

Arturo Perez-Reverte
Un país de currantes
XL Semanal 31 de marzo de 2002


Pues eso. Que lo dice el fulano del telediario de no sé qué cadena, y se queda tan a gusto. Te mira a los ojos sin parpadear, de tú a tú, y asegura que según el último sondeo internacional de no sé quién, los españoles somos los más trabajadores de Europa y del mundo, sólo superados por los norteamericanos y no me acuerdo quién. Los japoneses, o los brasileños, o alguien así. O los chinos. Lo dice con una sonrisita, como si fuera mérito suyo, y a lo mejor es que está viendo la cara de alucine que pongo en el tresillo -me he quedado con el mando a distancia en alto y la boca abierta. Al cabo de un momento añade que es por las horas. –«Somos–, dice, –los ciudadanos que más horas pasamos en nuestro puesto de trabajo». Como lo oyen. Horas laborales. Con dos cojones.

Y ahora imaginen el sondeo. La cosa científica y el rigor mortis. Esa empresa multinacional - Sondeos y Prospecciones Acrne - dándose una vuelta por aquí a ver cómo va el asunto, con los investigadores anotándolo todo.
—Fíjese, mister, doscientos empleados, mil quinientos funcionarios, fultaim. Ficha de entrada a las nueve de la mañana, ficha de salida a las seis de la tarde. Una horita para comer. ¿Cómo lo ve?...
— That is incredible, — comenta el guiri, acojonado, mirando alrededor.— Pero dígame, plis ¿Dónde están todos? ¿Where? ¿Ubi sunt?
—De asamblea, mister, —responde impasible el de relaciones públicas, mirando el reloj porque estos cabrones del sondeo le acaban de joder la hora del cafelito. —Estudiando maneras de aumentar la producción.
—¿Quesque vu dit, señor Rodríguez? ¿Qué me dice?
—Lo que oye, colega.
—¿Y aquellos otros?
—Esos,— explica Rodríguez, son los representantes y representantas sindicales, y esas ojeritas morás que les ve usted son de no dormir pensando en la lucha final, siempre al pie de la barricada en la máquina del café, dejándose la salud por los camaradas.
—No me joda, — dice el sondeador.
—Como se lo cuento, míster.
—Pues oiga,— apunta el sondeador, — en mi opinión, el camarada Stajanov era un absentista laboral comparado con ustedes los españoles.
—Hombre, — comenta Rodríguez, halagado—. ¿Stajanov, el futbolista? Pues me alegro de que se dé cuenta con sus propios ojos, mister. Apúntelo en la ficha del sondeo, hágame el favor.

Bien mirado, la verdad es que eso puede hasta tener su gracia. Como cuando uno ve a un indígena mareando la borrega de los triles o a punto de darle el tocomocho a un guiri cabrón que va de listo, y piensa: no puede ser, imposible que ese pringao no adivine que lo tangan. Lo que ya no es tan gracioso es que, encima de tirarse el folio en Europa con eso de que España va de cojón de pato, los que encargan y difunden ese tipo de sondeos tengan el morro de calzárnoslos en los telediarios a palo seco, sin anestesia, a los que somos de la casa, en plan los españoles vamos de currantes que te mueres, etcétera; como si aquí fuéramos todos gilipollas y no conociésemos a nuestros clásicos por el ripio y al pájaro por la cagada, y no tuviéramos clara la diferencia entre horas de presunto trabajo y horas de verdad trabajadas. Como si a estas alturas no supiera todo cristo lo que es una ficha laboral en plan oye, Lola, hija, pícamela tú que tengo que llevar a los niños al colegio, o ir al ginecólogo. O el caso de Paco, o de Mariano, que fichan a las nueve, se van a hacer unas gestiones y ya no regresan hasta la una. A ver quién ignora que la jornada laboral de un español medio se articula en torno a los momentos cruciales del día, que son, a saber: café a las diez, bocata a las doce, aperitivo a la una y media, café a las cinco; y todo eso con visitas intercaladas al Corte Inglés, al taller del coche, al estanco y al puesto de periódicos de la esquina. España debe de ser el país donde más adulterios se descubren, porque el marido o la legítima siempre aparecen por casa en mitad de la jornada laboral, cuando menos te lo esperas. A ver quién conoce a un español que diga me encanta hacer bien mi trabajo, o lo hago lo mejor que puedo porque para eso me pagan. No. Todos echamos pestes y somos los reyes del escaqueo. Qué casualidad, cada vez que telefoneas a un despacho oficial o a una empresa, la persona con quien deseas hablar está ocupadísima haciendo algo en otro sitio que no es el suyo, y te sale un contestador automático. Por no hablar del tiempo que se necesita para elaborar esos emails tan currados que circulan por Internet de empresa a empresa y de ministerio a ministerio con los chistes del día.

Lo comentaba ayer con un taxista, rodando por Madrid.
— No sé a dónde van todos esos, — decía el hombre. — A estas horas.
— Pues aquí donde nos ve, — apunté, — resulta que somos los más trabajadores del mundo, y que le echamos más horas que Gepeto a Pinocho.
— Ya lo creo, — respondió muy serio. — Ahí nos tiene, — señalaba alrededor, — la calle atascada de coches, los semáforos llenos, los bares a rebosar —las doce de la mañana, y rompiéndonos los cuernos en el curro.
"Не ослепляйся своим знанием... И совет держать позором не считай, советуйся с мудрыми старцами и искренними друзьями".
"Кабус-намэ".
Аватара пользователя
Wladimir
Любитель
 
Сообщения: 5444
Зарегистрирован: Пт дек 09, 2005 12:28
Язык(-и): esp-rus

Re: Опыты перевода с испанского

Сообщение Wladimir » Ср окт 26, 2016 15:01

Артуро-Перес Реверте
Страна трудоголиков
XL Semanal 31 марта 2002 г.


В общем так. Вот, что говорит чувак из теленовостей (не знаю какого канала) — прямо бальзам на душу. Он смотрит, не мигая, прямо в глаза, тет-а-тет, и уверяет, что согласно последнему международному исследованию (не знаю кого) мы (испанцы) — самые трудолюбивые в Европе и в мире после американцев и еще не помню кого. Японцев или бразильцев, или еще кого-то. Или китайцев. Он говорит это с улыбочкой, как будто это его заслуга, и вероятно видит изумление на моем лице: я так и застыл на диване — с раскрытым ртом и пультом в руке. Тут он добавляет, что это по времени. "Мы, — говорит он, — проводим больше всех времени на рабочем месте". Вы не ослышались. На рабочем месте. Охренеть.

А теперь представьте себе это исследование. Все по науке и на полном серьезе. Мультинациональная компания — Sondeos y Prospecciones Acrne — изучает, как тут у нас идут дела, и ее сотрудники фиксируют результаты.
— Вот смотрите, мистер: двести служащих, тысяча пятьсот работников администрации, фултайм. Отметка о приходе в девять утра, отметка об уходе в шесть вечера. Часик на обед. Ну как?
— That is incredible, — говорит обалдевший иностранец, оглядываясь вокруг. — Но скажите, плиз, где же все? Where? Ubi sunt?
— На совещании, мистер, — бесстрастно отвечает тип из PR, поглядывая на часы: из-за этих козлов с их опросом у него накрылся перерыв на кофе. — Изучают методы увеличения производства.
— Quesque vu dit, сеньор Родригес? Что вы говорите?
— Что слышите, коллега.
— А это кто?
— Это, — объясняет Родригес, — представители и представительницы профсоюза. Круги под глазами у них от неусыпных дум про решительный бой; ради товарищей здоровья не щадят на баррикадах у кофейного автомата.
— Не пудрите мне мозги, — говорит проверяющий.
— Я вам говорю, мистер!
— Послушайте, — замечает проверяющий, — по-моему, товарищ Стаханов был злостным прогульщиком по сравнению с вами, испанцами.
— Ну... — отвечает польщенный Родригес, — Стаханов? Футболист? Я рад, что вы убедились в этом собственными глазами, мистер. Отметьте это в вашей карточке, пожалуйста.

Если посмотреть, то по правде говоря, это может быть даже забавным. Когда видишь, как какой-нибудь абориген дурачит этого умника — лоха-иностранца, втюхивая ему туфту, и думаешь: "Не может быть, ну не может, чтобы этот олух не догадывался, что ему вешают лапшу на уши". Что уже не так забавно — так это то, что бахвалясь в Европе, что мол в Испании все так зашибись, те, кто проводят и распространяют результаты таких исследований, имеют наглость и нам, местным, впаривать в новостях эту чушь, да еще на полном серьезе и на голубом глазу: мол мы испанцы жутко вкалываем и т.п.; как будто мы тут все придурки, не знаем, что почем, и не различаем часы номинального присутствия и часы реальной работы. Как будто даже дети не знают, что такое карточка учета: типа, Лола, доченька, отметь мне ее, а то мне надо отвести детей в школу или сходить к гинекологу. Или когда какой-нибудь Пако или Мариано отмечается в девять, а потом уходит по делам и до часа не возвращается. А разве кто-то не знает, что рабочий лень среднего испанца крутится вокруг важнейших моментов, а именно: кофе в десять, перекус в двенадцать, аперитив в полвторого, кофе в пять, и все это вперемежку с визитами в "Корте Инглес", автомастерскую, табачную лавку и в газетный киоск на углу. В Испании, должно быть, чаще, чем где-либо раскрываются адюльтеры, потому что муж или благоверная так и норовят в разгар рабочего дня домой нечаянно нагрянуть, когда того совсем не ждешь. А знает ли кто-нибудь испанца, который бы говорил, что ему нравится хорошо делать свою работу или усердствовать в ней, потому что ему за это платят? Нет. Мы все кроем ее последними словами, и как сачкам нам нет равных. Каждый раз, когда звонишь в какое-нибудь учреждение или на какое-либо предприятие, нужный тебе человек, как назло, жутко занят где-то в другом месте, и тебе отвечает автоответчик. Не говоря уже о том, сколько времени нужно, чтобы строчить все эти емэйлы с анекдотами, которые в течение дня циркулируют по Интернету между предприятиями и министерствами.

Вчера в Мадриде я толковал об этом с таксистом.
— Не понимаю, куда едут все эти люди, — говорил он. — В это время.
— В этом мы точно самые трудолюбивые в мире и вкалываем больше, чем папа Карло, — заметил я.
— Да уж, — ответил он с серьезным видом, показывая вокруг. — Вы только посмотрите: улица забита машинами, у светофоров пробки, бары переполнены — двенадцать дня и мы прямо убиваемся на работе.
"Не ослепляйся своим знанием... И совет держать позором не считай, советуйся с мудрыми старцами и искренними друзьями".
"Кабус-намэ".
Аватара пользователя
Wladimir
Любитель
 
Сообщения: 5444
Зарегистрирован: Пт дек 09, 2005 12:28
Язык(-и): esp-rus

Re: Опыты перевода с испанского

Сообщение Wladimir » Ср окт 26, 2016 15:02



Arturo Pérez-Reverte
Un país de currantes
XL Semanal 31 de marzo de 2002
Артуро Перес-Реверте
Страна трудоголиков
XL Semanal 31 марта 2002 г.




Pues eso. Que lo dice el fulano del telediario de no sé qué cadena, y se queda tan a gusto. Te mira a los ojos sin parpadear, de tú a tú, y asegura que según el último sondeo internacional de no sé quién, los españoles somos los más trabajadores de Europa y del mundo, sólo superados por los norteamericanos y no me acuerdo quién. Los japoneses, o los brasileños, o alguien así. O los chinos. Lo dice con una sonrisita, como si fuera mérito suyo, y a lo mejor es que está viendo la cara de alucine que pongo en el tresillo -me he quedado con el mando a distancia en alto y la boca abierta. Al cabo de un momento añade que es por las horas. –«Somos–, dice, –los ciudadanos que más horas pasamos en nuestro puesto de trabajo». Como lo oyen. Horas laborales. Con dos cojones.В общем так. Вот, что говорит чувак из теленовостей (не знаю какого канала) — прямо бальзам на душу. Он смотрит, не мигая, прямо в глаза, тет-а-тет, и уверяет, что согласно последнему международному исследованию (не знаю кого) мы (испанцы) — самые трудолюбивые в Европе и в мире после американцев и еще не помню кого. Японцев или бразильцев, или еще кого-то. Или китайцев. Он говорит это с улыбочкой, как будто это его заслуга, и вероятно видит изумление на моем лице: я так и застыл на диване — с раскрытым ртом и пультом в руке. Тут он добавляет, что это по времени. "Мы, — говорит он, — проводим больше всех времени на рабочем месте". Вы не ослышались. На рабочем месте. Охренеть.



Y ahora imaginen el sondeo. La cosa científica y el rigor mortis. Esa empresa multinacional - Sondeos y Prospecciones Acrne - dándose una vuelta por aquí a ver cómo va el asunto, con los investigadores anotándolo todo.
—Fíjese, mister, doscientos empleados, mil quinientos funcionarios, fultaim. Ficha de entrada a las nueve de la mañana, ficha de salida a las seis de la tarde. Una horita para comer. ¿Cómo lo ve?...
— That is incredible,— comenta el guiri, acojonado, mirando alrededor. —Pero dígame, plis ¿Dónde están todos? ¿Where? ¿Ubi sunt?
—De asamblea, mister, —responde impasible el de relaciones públicas, mirando el reloj porque estos cabrones del sondeo le acaban de joder la hora del cafelito. —Estudiando maneras de aumentar la producción.
—¿Quesque vu dit, señor Rodríguez? ¿Qué me dice?
—Lo que oye, colega.
—¿Y aquellos otros?
—Esos,— explica Rodríguez, —son los representantes y representantas sindicales, y esas ojeritas morás que les ve usted son de no dormir pensando en la lucha final, siempre al pie de la barricada en la máquina del café, dejándose la salud por los camaradas.
—No me joda,— dice el sondeador.
—Como se lo cuento, míster.
—Pues oiga,— apunta el sondeador, —en mi opinión, el camarada Stajanov era un absentista laboral comparado con ustedes los españoles.
—Hombre, — comenta Rodríguez, halagado —. ¿Stajanov, el futbolista? Pues me alegro de que se dé cuenta con sus propios ojos, mister. Apúntelo en la ficha del sondeo, hágame el favor
А теперь представьте себе это исследование. Все по науке и на полном серьезе. Мультинациональная компания — Sondeos y Prospecciones Acrne — изучает, как тут у нас идут дела, и ее сотрудники фиксируют результаты.
— Вот смотрите, мистер: двести служащих, тысяча пятьсот работников администрации, фултайм. Отметка о приходе в девять утра, отметка об уходе в шесть вечера. Часик на обед. Ну как?
— That is incredible, — говорит обалдевший иностранец, оглядываясь вокруг. — Но скажите, плиз, где же все? Where? Ubi sunt?
— На совещании, мистер, — бесстрастно отвечает тип из PR, поглядывая на часы: из-за этих козлов с их опросом у него накрылся перерыв на кофе. — Изучают методы увеличения производства.
— Quesque vu dit, сеньор Родригес? Что вы говорите?
— Что слышите, коллега.
— А это кто?
— Это, — объясняет Родригес, — представители и представительницы профсоюза. Круги под глазами у них от неусыпных дум про решительный бой; ради товарищей здоровья не щадят на баррикадах у кофейного автомата.
— Не пудрите мне мозги, — говорит проверяющий.
— Я вам говорю, мистер!
— Послушайте, — замечает проверяющий, — по-моему, товарищ Стаханов был злостным прогульщиком по сравнению с вами, испанцами.
— Ну... - отвечает польщенный Родригес, — Стаханов? Футболист? Я рад, что вы убедились в этом собственными глазами, мистер. Отметьте это в вашей карточке, пожалуйста.



Bien mirado, la verdad es que eso puede hasta tener su gracia. Como cuando uno ve a un indígena mareando la borrega de los triles o a punto de darle el tocomocho a un guiri cabrón que va de listo, y piensa: no puede ser, imposible que ese pringao no adivine que lo tangan. Lo que ya no es tan gracioso es que, encima de tirarse el folio en Europa con eso de que España va de cojón de pato, los que encargan y difunden ese tipo de sondeos tengan el morro de calzárnoslos en los telediarios a palo seco, sin anestesia, a los que somos de la casa, en plan los españoles vamos de currantes que te mueres, etcétera; como si aquí fuéramos todos gilipollas y no conociésemos a nuestros clásicos por el ripio y al pájaro por la cagada, y no tuviéramos clara la diferencia entre horas de presunto trabajo y horas de verdad trabajadas. Como si a estas alturas no supiera todo cristo lo que es una ficha laboral en plan oye, Lola, hija, pícamela tú que tengo que llevar a los niños al colegio, o ir al ginecólogo. O el caso de Paco, o de Mariano, que fichan a las nueve, se van a hacer unas gestiones y ya no regresan hasta la una. A ver quién ignora que la jornada laboral de un español medio se articula en torno a los momentos cruciales del día, que son, a saber: café a las diez, bocata a las doce, aperitivo a la una y media, café a las cinco; y todo eso con visitas intercaladas al Corte Inglés, al taller del coche, al estanco y al puesto de periódicos de la esquina. España debe de ser el país donde más adulterios se descubren, porque el marido o la legítima siempre aparecen por casa en mitad de la jornada laboral, cuando menos te lo esperas. A ver quién conoce a un español que diga me encanta hacer bien mi trabajo, o lo hago lo mejor que puedo porque para eso me pagan. No. Todos echamos pestes y somos los reyes del escaqueo. Qué casualidad, cada vez que telefoneas a un despacho oficial o a una empresa, la persona con quien deseas hablar está ocupadísima haciendo algo en otro sitio que no es el suyo, y te sale un contestador automático. Por no hablar del tiempo que se necesita para elaborar esos emails tan currados que circulan por Internet de empresa a empresa y de ministerio a ministerio con los chistes del día.Если посмотреть, то по правде говоря, это может быть даже забавным. Когда видишь, как какой-нибудь абориген дурачит этого умника — лоха-иностранца, втюхивая ему туфту, и думаешь: "Не может быть, ну не может, чтобы этот олух не догадывался, что ему вешают лапшу на уши". Что уже не так забавно — так это то, что бахвалясь в Европе, что мол в Испании все так зашибись, те, кто проводят и распространяют результаты таких исследований, имеют наглость и нам, местным, впаривать в новостях эту чушь, да еще на полном серьезе и на голубом глазу: мол мы испанцы жутко вкалываем и т.п.; как будто мы тут все придурки, не знаем, что почем, и не различаем часы номинального присутствия и часы реальной работы. Как будто даже дети не знают, что такое карточка учета: типа, Лола, доченька, отметь мне ее, а то мне надо отвести детей в школу или сходить к гинекологу. Или когда какой-нибудь Пако или Мариано отмечается в девять, а потом уходит по делам и до часа не возвращается. А разве кто-то не знает, что рабочий лень среднего испанца крутится вокруг важнейших моментов, а именно: кофе в десять, перекус в двенадцать, аперитив в полвторого, кофе в пять, и все это вперемежку с визитами в "Корте Инглес", автомастерскую, табачную лавку и в газетный киоск на углу. В Испании, должно быть, чаще, чем где-либо раскрываются адюльтеры, потому что муж или благоверная так и норовят в разгар рабочего дня домой нечаянно нагрянуть, когда того совсем не ждешь. А знает ли кто-нибудь испанца, который бы говорил, что ему нравится хорошо делать свою работу или усердствовать в ней, потому что ему за это платят? Нет. Мы все кроем ее последними словами, и как сачкам нам нет равных. Каждый раз, когда звонишь в какое-нибудь учреждение или на какое-либо предприятие, нужный тебе человек, как назло, жутко занят где-то в другом месте, и тебе отвечает автоответчик. Не говоря уже о том, сколько времени нужно, чтобы строчить все эти емэйлы с анекдотами, которые в течение дня циркулируют по Интернету между предприятиями и министерствами.



Lo comentaba ayer con un taxista, rodando por Madrid.
— No sé a dónde van todos esos, — decía el hombre. — A estas horas.
— Pues aquí donde nos ve, — apunté, — resulta que somos los más trabajadores del mundo, y que le echamos más horas que Gepeto a Pinocho.
— Ya lo creo, — respondió muy serio. — Ahí nos tiene, — señalaba alrededor, — la calle atascada de coches, los semáforos llenos, los bares a rebosar —las doce de la mañana, y rompiéndonos los cuernos en el curro.
Вчера в Мадриде я толковал об этом с таксистом.
— Не понимаю, куда едут все эти люди, — говорил он. — В это время.
— В этом мы точно самые трудолюбивые в мире и вкалываем больше, чем папа Карло, — заметил я.
— Да уж, — ответил он с серьезным видом, показывая вокруг. — Вы только посмотрите: улица забита машинами, у светофоров пробки, бары переполнены — двенадцать дня и мы прямо убиваемся на работе.


"Не ослепляйся своим знанием... И совет держать позором не считай, советуйся с мудрыми старцами и искренними друзьями".
"Кабус-намэ".
Аватара пользователя
Wladimir
Любитель
 
Сообщения: 5444
Зарегистрирован: Пт дек 09, 2005 12:28
Язык(-и): esp-rus

Re: Опыты перевода с испанского

Сообщение Wladimir » Чт ноя 03, 2016 11:17

Такие исследования (в какой стране люди больше всего проводят времени на рабочем месте) действительно проводят. Вот недавняя статья из Интернета.
Испании в этом отчете среди лидеров нет (видимо учли саморазоблачение дона Артуро), но, например, соседняя Португалия присутствует. И, конечно, классика жанра: греки оказывается трудолюбивее немцев.
:-)
Ну и мы, конечно, тоже не сплоховали.
:grin:

Составлен список стран, граждане которых работают больше всего

Если профессиональное выгорание можно «вылечить» сменой деятельности, то переутомление на работе, как правило, заканчивается плачевно, иногда — летально.

Например, тревожные сообщения нередко поступают из Японии. По неофициальным данным, количество смертей трудоголиков в этой стране можно сравнивать со смертностью в ДТП.
В Японии все чаще фиксируют смерть от кароши, переутомления на работе, которая признается в том случае, если сотрудник проработал более 100 часов в месяц сверхурочно перед тем, как скончался от сердечно-сосудистого заболевания или совершил суицид.

При этом Япония не входит даже в десятку стран с наибольшим количеством рабочих часов на одного взрослого в год. Например, Россия занимает шестое место после Чили и Греции.

Организация экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) проанализировала данные о трудовой занятости населения стран-членов и составила классификацию среднегодового объема отработанных часов на одного сотрудника.

Так, первое место в списке стран, чьи жители работают больше всего, занимает Мексика (2246 часов в год), следом идет Коста-Рика (2230), затем Южная Корея (2113), Греция (2042) и Чили (1988). За шестой строчкой, принадлежащей России (1978), следуют Польша, Латвия, Исландия и Португалия.

У японцев общий объем времени, потраченного за год на работу, составляет 1719 часов, а меньше всего трудоголиков в Германии, Франции, Бельгии, Венгрии, Люксембурге и Нидерландах.


https://news.mail.ru/society/27514536/?frommail=10
"Не ослепляйся своим знанием... И совет держать позором не считай, советуйся с мудрыми старцами и искренними друзьями".
"Кабус-намэ".
Аватара пользователя
Wladimir
Любитель
 
Сообщения: 5444
Зарегистрирован: Пт дек 09, 2005 12:28
Язык(-и): esp-rus

Re: Опыты перевода с испанского

Сообщение Wladimir » Пн янв 30, 2017 21:09

Вот еще сообщение по теме переведенной статьи. Видно, что дон Артуро ничуть не преувеличил и не погрешил против истины.

Mundo: в Испании чиновник 10 лет не ходит на работу, получая €50 тыс. в год
МАДРИД, 30 января. /Корр. ТАСС Екатерина Воробьева/.

Испанский чиновник Карлес Ресио не появляется на работе уже 10 лет, хотя продолжает ежемесячно получать зарплату. Об этом сообщила газета El Mundo.

По ее информации, с 2006 года мужчина занимает должность руководителя библиографического отдела провинциального совета Валенсии, а его заработная плата составляет около €50 тыс. в год.

Подчеркивается, что чиновник ежедневно в 07:30 утра по местному времени (09:30 мск) отмечается на входе в здание своего офиса, а потом якобы отправляется в неизвестном направлении по своим делам. К концу трудового дня он снова возвращается, чтобы зафиксировать время своего ухода с работы.

Коллеги Ресио подтвердили, что никогда не видели данного сотрудника на рабочем месте, поскольку он приходил в офис лишь тогда, когда требовалось согласовать отпускные дни. Кроме того, хотя с момента назначения на данную должность прошло уже 10 лет, у чиновника до сих пор нет в офисе ни собственного стола, ни компьютера.

В провинциальном совете уже уточнили, что проведут расследование данного вопроса. В свою очередь сам Ресио отрицает все обвинения. «Мои обязанности выходят за рамки рабочего дня», — сказал в свое оправдание чиновник радиостанции «Коп».

«Я писал выступления для людей, которые мне давали поручения, тексты, приветственные речи, — заверил он. — Конечно, мое имя не фигурирует в этих текстах, потому что, если депутат просит меня написать ему слова приветствия, например, я не могу поставить там свою подпись, там стоит его подпись».

https://news.mail.ru/society/28603945/?frommail=1
"Не ослепляйся своим знанием... И совет держать позором не считай, советуйся с мудрыми старцами и искренними друзьями".
"Кабус-намэ".
Аватара пользователя
Wladimir
Любитель
 
Сообщения: 5444
Зарегистрирован: Пт дек 09, 2005 12:28
Язык(-и): esp-rus

Re: Опыты перевода с испанского

Сообщение Wladimir » Чт сен 28, 2017 16:43

Оказывается в Испании тоже водятся Владимиры. Так что это я не мог не перевести.
:-)
El soldado Vladimiro
XL Semanal, 31 de octubre de 1993

Una vez conocí a un héroe. No era alto ni apuesto, ni le pusieron medallas, ni salió en primera página de los periódicos, ni en el telediario. Nadie aplaudió su hazaña, y ni los políticos ni los generales ni los mangantes que explotan en su provecho las virtudes ajenas hicieron discurso al respecto. Se llamaba -espero que se llame todavía- soldado Vladimiro. Tenía veinte años y se ocupaba de la ametralladora de 12,70 de un blindado de los cascos azules españoles en Bosnia central. De soldado tenía lo justo: no le gustaba la guerra, ni la vida militar. Se había alistado por si se presentaba la ocasión de ver mundo. Después pensaba regresar a la vida civil y estudiar idiomas. Eso, precisamente, lo convertía en un elemento valioso para sus jefes y compañeros legionarios: hablaba un poco de ruso, que es al bosnio lo que el castellano al portugués. Por eso estaba asignado al BMR del coronel Morales, el jefe de la agrupación Canarias.

Vladimiro era uno de esos soldados vivos y listos que se buscan la vida como nadie, que se esfuman de pronto y, cuando todos creen que han desertado, reaparecen con dos gallinas y una hogaza de pan para sus compañeros. Allí, en el valle del Neretva, Vladimiro llevaba niños en brazos, repartía tabaco a los ancianos, daba sus raciones de campaña a las mujeres que lloraban junto a los escombros de sus hogares. Y yo vi de noche, cuando se hallaba de centinela, acercársele la gente agradecida para traerle un trozo de pan, una taza de té, incluso una desvencijada hamaca para que pudiera hacer sentado su turno de guardia.

Una noche el soldado Vladimiro fue un héroe, aunque posiblemente ni siquiera él mismo lo sepa. Intenten imaginar el cuadro: oscuridad, disparos de francotiradores, trazadoras que pasan recortando esqueletos negros de edificios. Hay tensión en el ambiente, y por uno de esos azares de la guerra, aquellos a quienes los legionarios vinieron a socorrer se convierten, de pronto, en adversarios. El coronel Morales, que manda la columna, decide ir, solo, al puesto de mando bosnio para solucionar la crisis. Eso es meter la cabeza en la boca del lobo; en medio de enorme confusión, entre musulmanes armados y muy nerviosos, el coronel ordena por radio a su segundo, un comandante, tomar el mando si no regresa. Vladimiro se ofrece a acompañarlo, pero Morales le ordena permanecer a cubierto en el BMR. Después se aleja en la oscuridad, rodeado de amenazadores milicianos.

Y es entonces cuando el soldado Vladimiro se remueve inquieto, y en la penumbra interior del blindado nos mira a los que estamos dentro. Sus ojos reflejan un pensamiento: no se trata de que el coronel le caiga bien o mal. Simplemente es su coronel, y le avergüenza verlo irse solo.

De pronto, lo vemos mover la cabeza como si acabara de tomar una decisión. Precipitadamente, con nerviosismo, se mete dos granadas en los bolsillos. Requiere un Cetme y comprueba el cargador.

-No, si ya verás -murmura como para sus adentros, mientras amartilla el arma-, ¡Esta noche nos van a inflar a hostias!

Le tiemblan las manos y la voz. Pero aun así, con esas manos que le tiemblan, abre el portillo del blindado, se cala el casco, aprieta los dientes para morderse el miedo y echa a correr en la oscuridad detrás de su coronel. Cuando una hora más tarde Morales sale del puesto de mando de la Armija, lo encuentra sentado en las sombras de la escalera, con el Cetme en la mano, esperándolo. Entonces el coronel, que es un legionario bajito, duro y con mala leche, le echa una bronca tremenda por incumplir sus órdenes. Después se encamina hacia la columna de vehículos, siempre escoltado por su tirador, que le sigue cabizbajo.

-¡La próxima vez que desobedezcas una orden te voy a meter un paquete que te vas a cagar, Vladimiro! -le dice. Después, el coronel se detiene y, aún con gesto hosco, saca un paquete de cigarrillos y le ofrece uno. Y mientras lo hace disimula una sonrisa en un extremo de la boca.

Ocurrió exactamente así. No sé qué otras cosas buenas o malas hará Vladimiro el resto de su vida. Pero aquella noche, en Bosnia central, su coronel le ofreció un cigarrillo y yo me prometí dedicarle este artículo. Hoy, supongo, habrá regresado ya a España. Y tal vez, cuando entre en la discoteca de su pueblo -es flaco y con granos en la cara- las chicas, que prefieren a los guaperas apuestos, a los bailones que marcan paquete, ni siquiera se fijen en él.

¡Qué sabrán ellas!... ¿Verdad, Vladimiro?
"Не ослепляйся своим знанием... И совет держать позором не считай, советуйся с мудрыми старцами и искренними друзьями".
"Кабус-намэ".
Аватара пользователя
Wladimir
Любитель
 
Сообщения: 5444
Зарегистрирован: Пт дек 09, 2005 12:28
Язык(-и): esp-rus

Re: Опыты перевода с испанского

Сообщение Wladimir » Чт сен 28, 2017 16:44

Солдат Владимиро
XL Semanal, 31 октября 1993


Однажды я познакомился с героем. Он не отличался ни ростом, ни статью, у него не было наград, и о нем не писали на первых полосах газет и не рассказывали в теленовостях. Никто не превозносил его подвиг: ни политики, ни генералы, ни проходимцы, паразитирующие на чужих добродетелях, не произносили о нем речей. Его звали — надеюсь, и сейчас зовут — солдат Владимиро. Ему было двадцать и он был стрелком при пулемете калибра 12,70 боевой машины пехоты из состава испанских "голубых касок" в центральной Боснии. Солдат, как солдат: то есть ему не нравились ни война, ни военная служба. Он записался в миротворцы, потому что это давало возможность посмотреть мир. Потом он собирался вернуться на гражданку и изучать языки. Это делало его ценным кадром для начальства и сослуживцев: он немного говорил по-русски, а русский похож на боснийский — ну как испанский на португальский. Поэтому его и назначили стрелком в БМП полковника Моралеса, командующего Канарской группировкой.

Владимиро был из тех смышленых и шустрых ребят, что умеют промышлять, как никто другой: внезапно исчезнуть и, когда все уже думают, что он дезертировал, появляться с двумя курицами и огромной буханкой хлеба в руках для сослуживцев. Там, в долине Неретвы, Владимиро носил на руках детей, раздавал старикам табак, отдавал сухой паек женщинам, плачущим на пепелищах своих домов. И я видел, как ночью, когда он стоял на посту, к нему подходили благодарные люди и угощали кто хлебом, кто чаем, а один раз даже принесли гамак, чтобы ему было удобнее нести службу часового.

Однажды ночью солдат Владимиро совершил геройский поступок, хотя, возможно, он сам этого и не заметил. Представьте себе картинку: темнота, выстрелы снайперов, трассирующие очереди среди темных остовов разрушенных зданий. Напряжение так и витает в воздухе и, как порой бывает на войне, те, кого миротворцы пришли выручать, вдруг превратились в противника. Полковник Моралес — командующий колонной — решает в одиночку пойти на командный пункт боснийцев, чтобы разрешить кризисную ситуацию. Это все равно, что сунуть голову в волчью пасть; в этой неразберихе, в окружении возбужденных и вооруженных мусульман, полковник по рации приказывает своему заму — майору — принять командование, если он не вернется. Владимиро вызывается сопровождать его, но Моралес приказывает оставаться в машине. Затем полковник уходит в темноту, сопровождаемый угрожающего вида боснийцами.
И тут солдат Владимиро начинает беспокойно ерзать и тревожно оглядывает нас, сидящих в полумраке БМП. В его глазах читается мысль, что каким бы хорошим или плохим ни был полковник, это не дело, что тот пошел один; видно, что ему стыдно. Внезапно, будто приняв решение, он кивает. Затем нервно и поспешно засовывает в карманы две гранаты и хватает винтовку "Сетме".

— Нет, так не пойдет, — бурчит он себе под нос, пристегивая магазин. — Ну и ночка, черт бы ее побрал!
Его голос дрожит так же, как и его руки. И этими дрожащими руками он открывает люк, надевает каску, сжимает зубы, чтобы побороть страх и, выбравшись из машины, бросается бегом в темноту вслед за своим полковником.

Когда час спустя Моралес выходит из командного пункта боснийцев, то видит поджидающего его Владимиро: тот сидит в темноте у входа, с винтовкой в руках. Полковник — суровый коротышка с тяжелым нравом — устраивает ему нагоняй за неисполнение приказа. Затем направляется к колонне, а за ним, понурив голову бредет его стрелок.

— Владимиро, в следующий раз за невыполнение приказа получишь от меня так, что мало не покажется! — говорит полковник. Потом останавливается и все еще с недовольным видом достает пачку сигарет и предлагает Владимиро закурить. При этом едва заметно — только уголком рта — улыбается.

Вот как это было. Я не знаю, что еще хорошего или плохого сделал в своей жизни Владимиро. Но той ночью в центральной Боснии его полковник угостил его сигаретой, а я пообещал себе, что напишу о нем эту статью.

Сейчас Владимиро, наверное, уже вернулся в Испанию. И может быть, когда он приходит на дискотеку в своем городке — худой и с прыщами на лице — девушки, которым нравятся франтоватые красавчики и лихие танцоры, даже не замечают его.

Эх, да что они понимают! Правда, Владимиро?
"Не ослепляйся своим знанием... И совет держать позором не считай, советуйся с мудрыми старцами и искренними друзьями".
"Кабус-намэ".
Аватара пользователя
Wladimir
Любитель
 
Сообщения: 5444
Зарегистрирован: Пт дек 09, 2005 12:28
Язык(-и): esp-rus

Re: Опыты перевода с испанского

Сообщение Wladimir » Вт фев 06, 2018 22:33

Лучший способ отдохнуть от перевода — перевод на другую тему. Так что от дона Гарсиа к дону Артуро.
Из совсем свеженького...

"La radio, Alsina y yo"
Arturo Pérez-Reverte
05 Feb 2018

Les doy mi palabra de honor de que cuanto hoy les cuento es cierto. Acabo de despertarme y estoy oyendo la radio: todavía un minuto entre las sábanas antes de ponerme en pie. Esta mañana le toca a Alsina y me acompaña de fondo su informativo de las ocho. Soy oyente de rutina, de los que ponen un rato la radio antes de irse a trabajar. Me lavo los dientes, me ducho, me visto. Estoy listo para desayunar y ganarme el jornal, así que apago la radio justo cuando empieza la tertulia. O, para ser más exacto, le doy al conmutador para apagarla. Pero ésta, para mi sorpresa, sigue sonando.

Mecachis en los mengues, pienso. Se ha bloqueado la tecla. Cojo el aparato, lo sacudo y vuelvo a pulsar la tecla. Nada. El chisme sigue a lo suyo, con un volumen demasiado alto. Pulso, repulso y vuelvo a pulsar. Lo dicho. Alsina y sus tertulianos no dejan de largar. Además están hablando de Puigdemont, y eso no contribuye a serenarme el ánimo. Pulso unas diez veces más, las últimas casi aporreando el aparato. Y nada, oigan. Nada de nada. O más bien lo contrario: todo. Porque la radio no se calla, ni baja el volumen. Antonio Lucas discute con Rubén Amón y de vez en cuando interviene Raúl del Pozo. Le doy un golpe al chisme contra la mesa con gana de que se parta en dos; y aunque parezca mentira, la radio sigue largando como si tal cosa. El puñetero artilugio del diablo.

Empiezo a cabrearme de verdad. Pónganse ustedes en mi lugar. La radio suena a toda leche, aún más fuerte que antes. La maldigo a gritos, soltando atrocidades tabernarias. Sherlock y Rumba, mis perros, me miran de lejos sin osar acercarse. Ahora Alsina entrevista a un político del Pepé que insiste en la acrisolada honradez de su partido; y luego, ignoro por qué motivo, interviene, o lo mencionan, o no sé bien lo que pinta ahí, un payaso demagogo y analfabeto que dice ser líder de una asamblea nacional separatista andaluza. Que ya hace falta ser cretino. Así que entre el del Pepé, el payaso analfabeto y el volumen de la radio se me sube la pólvora al campanario y blasfemo en arameo: San Apapucio, el Copón de Bullas y la virginidad –cuestionable, en mi opinión– de las 11.000 vírgenes. Luego le pego un puñetazo a la radio que casi me disloca la muñeca.

Y ahora, ojo al dato. Lo juro por mis muertos más frescos: la radio continúa encendida. Alsina larga sin inmutarse. Entonces agarro el aparato, y golpeándolo contra el borde de la mesa, lo parto en dos. Literalmente. Lo abro y le miro las tripas. Y de esas cochinas tripas, créanme, sigue saliendo la voz del maldito Alsina. Me quedo estupefacto y pierdo del todo los papeles. Tiro al suelo los dos pedazos de la radio, pateándolos sin piedad hasta convertirlos en bicarbonato. Chas, chas, chas. Saltándoles encima, como en los dibujos animados. Y cuando acabo, sudoroso y con cara de psicópata –me he visto en el espejo–, ¡la radio sigue sonando!

Abro la ventana y lo tiro todo. Hasta el último fragmento. Después cierro y me siento en la cama, descompuesto; porque mientras palpo mi ropa buscando dónde, el cabrón de Alsina sigue largando impávido, inasequible al desaliento. Como si yo tuviera la radio en el cuerpo, o se me hubiera enganchado algún chip, o transistor, o qué sé yo. Así que me desnudo con precipitación, tiro la ropa bien lejos y, apenas lo hago, Brasero me informa, a todo volumen, del tiempo que va a hacer hoy en España. Doy un alarido, me pongo la mano en el corazón, que late a ciento cincuenta por minuto, y advierto que la radio se oye mejor de ese lado de mi pecho que del otro. Estupefacto, doy una vuelta por la habitación, me doy con la frente contra la pared media docena de veces, toc, toc, toc, y me vuelvo a mirar al espejo. Se me ha puesto una cara de loco que da miedo.

Lo mismo, reflexiono desesperado, alguna onda electromagnética o algo así se me ha colado dentro, y mi cuerpo actúa como receptor. Yo qué sé. Entonces pienso que quizá se cortocircuite bajo el agua, así que me sitúo bajo la ducha. Pienso que puedo electrocutarme como un salmonete con papel albal en un microondas; pero a esas alturas, la verdad, me importa un huevo. Como decía mi padre cuando tarareaba La Internacional al afeitarse –lo hacía para chinchar a mi madre, que a esa hora iba a misa–, más vale morir de pie que vivir de rodillas.

Adiós, mundo cruel. Con mano firme, casi suicida, abro el grifo de la ducha y me cae encima una ducha helada. Zascachascachasca. Y en ese momento me despierto tiritando, abro los ojos, muevo hacia un lado la cabeza en la almohada y veo la radio en la mesita de noche, con Alsina largando, impasible. El maldito.
"Не ослепляйся своим знанием... И совет держать позором не считай, советуйся с мудрыми старцами и искренними друзьями".
"Кабус-намэ".
Аватара пользователя
Wladimir
Любитель
 
Сообщения: 5444
Зарегистрирован: Пт дек 09, 2005 12:28
Язык(-и): esp-rus

Re: Опыты перевода с испанского

Сообщение Wladimir » Вт фев 06, 2018 22:35

"Радио, Альсина и я."
Артуро Перес-Реверте.
5 февраля 2018

Даю вам честное слово, что все, что я вам расскажу — чистая правда.

Я только что проснулся и слушаю радио, чтобы еще минутку понежиться под одеялом прежде, чем встать с постели. Сегодня утром компанию мне составляет Альсина и его восьмичасовой выпуск новостей. Я радиослушатель по привычке, из тех, что немного слушают радио перед тем, как приступить к работе. Я чищу зубы, принимаю душ, одеваюсь. Теперь я готов завтракать и затем начать работать, поэтому выключаю радио — как раз в тот момент, когда начинается обсуждение. Вернее я щелкаю выключателем, чтобы выключить его. Но радио, к моему удивлению, продолжает работать.

Что за черт! — думаю, — наверное, залипла кнопка. Беру приемник в руки, трясу его и снова нажимаю выключатель. Никакого эффекта. Болтовня продолжается, да еще на всю громкость. Я жму снова и снова — бесполезно. Альсина и его собеседники треплются без умолку. К тому же речь идет о Пучдемоне, и это не способствует моему душевному спокойствию. Я жму на выключатель раз десять, чуть не вдавив его в приемник, чтобы он заткнулся. И представьте себе — безрезультатно. Приемник не умолкает и орет по-прежнему. Антонио Лукас спорит с Рубеном Амоном, время от времени встревает Рауль дель Посо. Я луплю этой брехаловкой по столу что есть силы, чтобы разбить его вдребезги. Вы не поверите, но радио продолжает болтать как ни в чем не бывало. Дьявол его побери!

Я начинаю злиться не на шутку. Поставьте себя на мое место. Радио орет громче прежнего. Я ору на него как ненормальный и ругаюсь как сапожник. Шерлок и Румба — мои собаки — смотрят на меня издалека, боясь подойти. Альсина разговаривает с политиком из НП, который настаивает на безупречной честности своей партии; затем, не знаю почему, вмешивается — может к нему обращаются, или еще почему — какой-то полуграмотный шут-демагог, называющий себя лидером сепаратистской андалузской ассамблеи. Хотя должен был бы называться кретином. И вот, совсем обезумев от этого типа из НП и шута-невежды, орущих друг на друга из приемника, я, чертыхаясь на чем свет стоит, со все силы луплю кулаком по приемнику так, что чуть не ломаю себе кисть.

Но и теперь — клянусь всеми святыми — радио продолжает работать. Альсина болтает без умолку. Тогда я хватаю аппарат, бью им об стол и ломаю его пополам. Буквально. Заглядываю ему внутрь и — клянусь, я не вру — из его поганых внутренностей доносится голос проклятого Альсины. Я совсем обалдеваю и впадаю в ступор. Затем швыряю на пол обломки приемника, безжалостно топчу его ногами — хрясь, хрясь, хрясь — пока он не превращается просто в кусочки бикарбоната, и прыгаю на них, как это делают персонажи в мультиках. Но когда я наконец останавливаюсь и, обливаясь потом, смотрю на себя в зеркало, где вижу лицо какого-то психопата, радио продолжает работать.

Я открываю окно и выбрасываю весь этот хлам. Весь, до последнего кусочка. Затем закрываю окно и сажусь на кровать в совершенно невменяемом состоянии, потому что пока я ощупываю на себе одежду, этот козел Альсина продолжает нагло разглагольствовать как ни в чем не бывало. Как будто внутри у меня радиоприемник, или мне вживили какой-то чип или транзистор, или еще что-то. Поэтому я быстро снимаю все, что на мне было, и швыряю одежду подальше; но как только я это сделал, Брасеро — на полной громкости — сообщает прогноз погоды на сегодня. Я издаю душераздирающий вопль, хватаюсь за сердце, которое бьется с частотой сто пятьдесят ударов в минуту и замечаю, что радио слышно лучше с этой стороны груди, чем с другой. Озадаченный, я мечусь по комнате, бьюсь головой об стену — бум, бум, бум — (раз шесть) и снова смотрюсь в зеркало. Я вижу лицо сумасшедшего и мне становится страшно.

Ничего не помогает, — в отчаянии думаю я, — наверное во мне застряла какая-то электромагнитная волна, и мое тело работает как радиоприемник. Или я не знаю что. Тут мне приходит в голову, что там внутри что-то закоротит, если опуститься в воду, и я встаю под душ. Мелькает мысль, что меня может испепелить электротоком как рыбешку, обернутую в фольгу и засунутую в микроволновку, но мне уже все по барабану. Как говорил мой отец, когда брился, напевая "Интенационал" — он это делал, чтобы подразнить мою матушку, собиравшуюся в это время на мессу: "Лучше умереть стоя, чем жить на коленях".

Прощай, этот жестокий мир! Твердой рукой самоубийцы я открываю кран душа, и на меня хлещет ледяная вода — хлысь, хлысь, хлысь. И в этот момент я просыпаюсь, дрожа как в лихорадке, и, открыв глаза и повернув голову на подушке, вижу на ночном столике радиоприемник, из которого доносится невозмутимый голос Альсины. Черт бы его побрал!
"Не ослепляйся своим знанием... И совет держать позором не считай, советуйся с мудрыми старцами и искренними друзьями".
"Кабус-намэ".
Аватара пользователя
Wladimir
Любитель
 
Сообщения: 5444
Зарегистрирован: Пт дек 09, 2005 12:28
Язык(-и): esp-rus

Re: Опыты перевода с испанского

Сообщение Wladimir » Вс авг 26, 2018 13:21

Arturo Pérez-Reverte
"No era una señora"
XL Semanal
18 Jul 2016

Ayer me quedé de pasta de boniato. Estaba a punto de entrar en una librería y coincidí en la puerta con una señora. Al menos, creí que lo era. Una mujer sobre los cuarenta años, normalmente vestida, quizá con un punto demasiado juvenil para su edad. Por lo demás, de aspecto agradable. Ni elegante ni ordinaria. Ni guapa ni fea. Coincidimos en la puerta, como digo, viniendo ella de un lado de la calle y yo de la dirección contraria. Y en el umbral mismo, por reflejo automático, me detuve para cederle el paso. Desde hace casi sesenta años –su trabajo les costó a mis padres, en su momento– eso es algo que hago ante cualquiera: mujer, hombre, niño; incluso ante los que van por el centro de Madrid en calzoncillos y chanclas, torso desnudo y camiseta al hombro, impregnando el aire de aroma veraniego; tan desahogados, ellos y la madre que los parió, como si estuvieran en el paseo marítimo de una playa o vinieran de chapotear en la alberca del pueblo.

Me detuve en el umbral, como digo. Para cederle el paso a la señora, igual que se lo habría cedido al lucero del alba. Incluso a mi peor enemigo. Hasta a un inspector de Hacienda se lo habría cedido. Pero mi error fue considerar señora a la que sólo era presunta; porque al ver que me detenía ante ella, en vez de decir «gracias» o no decir nada y pasar adelante, me miró con una expresión extraña, entre arrogante y agresiva, como si acabara de dirigirle un insulto atroz, y me soltó en la cara: «Eso es machista».

Oigan. Tengo sesenta y cuatro tacos de almanaque a la espalda, y entre lo que lees, y lo que viajas, y lo que sea, he visto un poco de todo; pero esto de la señora, o la individua, en la puerta, no me había ocurrido nunca. En mi vida. Así que háganse cargo del estupor. Calculen el puntazo de que eso le pase a un fulano de mis años y generación, educado, entre otros, por un abuelo que nació en el siglo XIX, y del que aprendí, a temprana edad, cosas como que a las mujeres se las precede cuando bajan por una escalera y se les va detrás cuando la suben, por si les tropiezan los tacones, que cuando es posible se les abre la puerta de los automóviles, que uno se levanta del asiento cuando ellas llegan o se marchan, que se camina a su lado por el lado exterior de las aceras y cosas así. Calculen todo eso, o imagínenlo si su educación familiar dejó de incluirlo en el paquete, y pónganse en mi lugar, parado ante la puerta de la librería, mirando la cara de aquella prójima.

Habría querido disponer de tiempo, por mi parte, y de paciencia, por la de ella, para decir lo que me hubiera gustado decirle. Algo así como se equivoca usted, señora o lo que sea. Cederle el paso en la puerta, o en cualquier sitio, no es un acto machista en absoluto, como tampoco lo es el hecho de no sentarme nunca en un transporte público, porque al final acabo avergonzándome cuando veo a una embarazada o a alguien de más edad que la mía, de pie y sin asiento que ocupar. Como no lo es ceder el lugar en la cola o el primer taxi disponible a quien viene agobiado y con prisa, o quitarte el sombrero cuando saludas a alguien, del mismo modo que te lo quitas cuando entras en una casa o un lugar público. Así que entérate, cretina de concurso. Cederte el paso no tiene nada de especial porque es un reflejo instintivo, natural, que a la gente de buena crianza, y de ésa todavía hay mucha, le surge espontánea ante varones, hembras, ancianos, niños, e incluso políticos y admiradores de Almodóvar. Ni siquiera es por ti. Ni siquiera porque seas mujer, que también, sino porque la buena educación, desde decir buenos días a ceder el paso facilita la vida y crea lazos solidarios entre los desconocidos que la practican.

Y, bueno. Me habría gustado decir todo eso de golpe, allí mismo; pero no hubo tiempo. Tampoco sé si lo iba a entender. Así que permanecí inmóvil, mirándola con una sonrisa que, por supuesto, le resbaló por encima como si llevara un impermeable; porque al ver que me quedaba quieto y sin decir nada, cruzó el umbral con aire de estar gravemente ofendida. «Lo he hecho polvo», debía de pensar. Y yo la vi entrar mientras pensaba, a mi vez: No es por ti, boba. Sé de sobra que no lo mereces. Es por mí. Por la idea que algunos procuramos mantener de nosotros mismos. Algo que, mientras te veo salir de esa librería que de tan poca utilidad parece haberte sido, me hace sonreír con absoluto desprecio.
Последний раз редактировалось Wladimir Вс авг 26, 2018 13:23, всего редактировалось 1 раз.
"Не ослепляйся своим знанием... И совет держать позором не считай, советуйся с мудрыми старцами и искренними друзьями".
"Кабус-намэ".
Аватара пользователя
Wladimir
Любитель
 
Сообщения: 5444
Зарегистрирован: Пт дек 09, 2005 12:28
Язык(-и): esp-rus

Re: Опыты перевода с испанского

Сообщение Wladimir » Вс авг 26, 2018 13:22

Исключительно для развлечения почтенной публики.
Страдания очень воспитанного человека в обществе агрессивного гендерного равенства.
:-)

Артуро Перес-Реверте
"Это была не сеньора"
XL Semanal
18 июля 2016


Вчера я просто впал в ступор. Я собирался войти в книжный магазин и столкнулся в дверях с некой сеньорой. По крайней мере, я подумал, что это была сеньора. Женщина около сорока, нормально одета, может быть, немного моложаво для своего возраста. А в остальном приятная на вид. Ни элегантная, ни вульгарная. Ни красавица, ни страшненькая. Итак мы с ней столкнулись в дверях: она выходила на улицу, а я собирался войти. И уже на пороге я машинально остановился, чтобы пропустить ее. Вот уже почти шестьдесят лет — в свое время моим родителям пришлось потрудиться для этого — я делаю это перед кем угодно: женщиной, мужчиной, ребенком. Даже перед теми, кто разгуливает по центру Мадрида в трусах и шлепанцах, с голым торсом и с пропитанной летними ароматами футболкой на плечах — то есть в таком расхристанном виде, будто они на пляже, или только что плескались в деревенском пруду.

Так вот, я остановился. Чтобы пропустить сеньору, как пропустил бы любого. Даже своего злейшего врага. Даже налогового инспектора пропустил бы. Но я ошибся, приняв за сеньору ту, что только мнила себя таковой; потому что, увидев, что я ее пропускаю, она вместо того, чтобы сказать "спасибо" или пройти молча, посмотрела на меня со странным выражением то ли заносчивости, то ли агрессивности — как будто я ее только что ужасно оскорбил — и бросила мне в лицо: "Это мачизм!"

Послушайте. Я уже шестьдесят четыре года живу на свете и много чего прочитал, много где побывал, а также всякого повидал, но так, как эта сеньора — или особа женского пола — со мной никто никогда не поступал. Никогда в жизни. Так что прикиньте, в каком я был шоке. Представьте, каково это человеку моего возраста и моего поколения, воспитанному в том числе и дедом еще из XIX века и приученному с малых лет, сопровождая женщину вниз по лестнице, идти впереди, а поднимаясь — сзади, чтобы поддержать ее, если она споткнется на каблуках, открывать перед ней дверцу автомобиля, вставать, когда женщина входит или уходит, по улице идти рядом со стороны мостовой, ну и тому подобное. Прикиньте или представьте себе, если в ваше семейное воспитание все это не входило, и поставьте себя на мое место — у входа в книжный магазин, глядящего в лицо этой дамочке.

Жаль, что у меня не было времени и терпения высказать ей все, что мне хотелось. Что-то вроде: "Мол вы ошиблись, сеньора, или как там вас. Пропустить вас в дверях или в другом месте — это совсем не мачизм, как не мачизм то, что я никогда не сижу в общественном транспорте, просто мне все равно мне станет стыдно, когда я увижу стоящую беременную женщину или кого-то старше меня. Так же как не мачизм уступить место в очереди или такси тому, кто спешит; или снять головной убор, приветствуя кого-нибудь или войдя в дом или общественное место. Это чтоб ты знала, идиотка несчастная. Пропустить тебя — это просто рефлекс, непроизвольный и естественный для воспитанных людей (а их еще хватает): пропустить мужчину, женщину, ребенка и даже политика или почитателя Альмодовара . Ты тут ни при чем. Я сделал это не из-за того, что ты женщина, а просто потому что воспитанность — это когда здороваешься или пропускаешь кого-то вперед — облегчает жизнь и общение с незнакомыми, но такими же воспитанными людьми."

Ну да ладно. Жаль, что я не сказал все это там, на месте, но не было времени. Да и не знаю, поняла бы она. Так что я стоял и смотрел на нее, улыбаясь, что ее совершенно не тронуло, потому что, увидев, что я стою и ничего не говорю, она прошла с видом смертельно оскорбленной. "Как я его срезала", — должно быть подумала она. А я, в свою очередь глядя на нее, думал: "Это не из-за тебя, дура. Я прекрасно знаю, что ты этого не заслуживаешь. Это из-за меня. Из-за того, что некоторые из нас стараются всегда оставаться самими собой. И поэтому я презрительно улыбаюсь, глядя как ты выходишь из магазина, который вряд ли был тебе чем-то полезен".
"Не ослепляйся своим знанием... И совет держать позором не считай, советуйся с мудрыми старцами и искренними друзьями".
"Кабус-намэ".
Аватара пользователя
Wladimir
Любитель
 
Сообщения: 5444
Зарегистрирован: Пт дек 09, 2005 12:28
Язык(-и): esp-rus

Re: Опыты перевода с испанского

Сообщение Wladimir » Вс авг 26, 2018 13:24



Arturo Pérez-Reverte
No era una señora
18 Jul 2016
Артуро Перес-Реверте
Это была не сеньора
18 июля 2016




Ayer me quedé de pasta de boniato. Estaba a punto de entrar en una librería y coincidí en la puerta con una señora. Al menos, creí que lo era. Una mujer sobre los cuarenta años, normalmente vestida, quizá con un punto demasiado juvenil para su edad. Por lo demás, de aspecto agradable. Ni elegante ni ordinaria. Ni guapa ni fea. Coincidimos en la puerta, como digo, viniendo ella de un lado de la calle y yo de la dirección contraria. Y en el umbral mismo, por reflejo automático, me detuve para cederle el paso. Desde hace casi sesenta años –su trabajo les costó a mis padres, en su momento– eso es algo que hago ante cualquiera: mujer, hombre, niño; incluso ante los que van por el centro de Madrid en calzoncillos y chanclas, torso desnudo y camiseta al hombro, impregnando el aire de aroma veraniego; tan desahogados, ellos y la madre que los parió, como si estuvieran en el paseo marítimo de una playa o vinieran de chapotear en la alberca del pueblo.Вчера я просто впал в ступор. Я собирался войти в книжный магазин и столкнулся в дверях с некой сеньорой. По крайней мере, я подумал, что это была сеньора. Женщина около сорока, нормально одета, может быть, немного моложаво для своего возраста. А в остальном приятная на вид. Ни элегантная, ни вульгарная. Ни красавица, ни страшненькая. Итак, мы с ней столкнулись в дверях: она выходила на улицу, а я собирался войти. И уже на пороге я машинально остановился, чтобы пропустить ее. Вот уже почти шестьдесят лет — в свое время моим родителям пришлось потрудиться для этого — я делаю это перед кем угодно: женщиной, мужчиной, ребенком. Даже перед теми, кто разгуливает по центру Мадрида в трусах и шлепанцах, с голым торсом и с пропитанной летними ароматами футболкой на плечах — то есть в таком расхристанном виде, будто они на пляже, или только что плескались в деревенском пруду.



Me detuve en el umbral, como digo. Para cederle el paso a la señora, igual que se lo habría cedido al lucero del alba. Incluso a mi peor enemigo. Hasta a un inspector de Hacienda se lo habría cedido. Pero mi error fue considerar señora a la que sólo era presunta; porque al ver que me detenía ante ella, en vez de decir «gracias» o no decir nada y pasar adelante, me miró con una expresión extraña, entre arrogante y agresiva, como si acabara de dirigirle un insulto atroz, y me soltó en la cara: «Eso es machista».Так вот, я остановился. Чтобы пропустить сеньору, как пропустил бы любого. Даже своего злейшего врага. Даже налогового инспектора пропустил бы. Но я ошибся, приняв за сеньору ту, что только мнила себя таковой; потому что, увидев, что я ее пропускаю, она вместо того, чтобы сказать "спасибо" или пройти молча, посмотрела на меня со странным выражением то ли заносчивости, то ли агрессивности — как будто я ее только что ужасно оскорбил — и бросила мне в лицо: "Это мачизм!"



Oigan. Tengo sesenta y cuatro tacos de almanaque a la espalda, y entre lo que lees, y lo que viajas, y lo que sea, he visto un poco de todo; pero esto de la señora, o la individua, en la puerta, no me había ocurrido nunca. En mi vida. Así que háganse cargo del estupor. Calculen el puntazo de que eso le pase a un fulano de mis años y generación, educado, entre otros, por un abuelo que nació en el siglo XIX, y del que aprendí, a temprana edad, cosas como que a las mujeres se las precede cuando bajan por una escalera y se les va detrás cuando la suben, por si les tropiezan los tacones, que cuando es posible se les abre la puerta de los automóviles, que uno se levanta del asiento cuando ellas llegan o se marchan, que se camina a su lado por el lado exterior de las aceras –«Que no digan que la llevas fuera», bromeaba mi padre con una sonrisa– y cosas así. Calculen todo eso, o imagínenlo si su educación familiar dejó de incluirlo en el paquete, y pónganse en mi lugar, parado ante la puerta de la librería, mirando la cara de aquella prójima.Послушайте. Я уже шестьдесят четыре года живу на свете и много чего прочитал, много где побывал, а также всякого повидал, но так, как эта сеньора — или особа женского пола — со мной никто никогда не поступал. Никогда в жизни. Так что прикиньте, в каком я был шоке. Представьте, каково это человеку моего возраста и моего поколения, воспитанному в том числе и дедом еще из XIX века и приученному с малых лет, сопровождая женщину вниз по лестнице, идти впереди, а поднимаясь — сзади, чтобы поддержать ее, если она споткнется на каблуках, открывать перед ней дверцу автомобиля, вставать, когда женщина входит или уходит, по улице идти рядом со стороны мостовой, нy и тому подобное. Прикиньте или представьте себе, если в ваше семейное воспитание все это не входило, и поставьте себя на мое место — у входа в книжный магазин, глядящего в лицо этой дамочке.



Habría querido disponer de tiempo, por mi parte, y de paciencia, por la de ella, para decir lo que me hubiera gustado decirle. Algo así como se equivoca usted, señora o lo que sea. Cederle el paso en la puerta, o en cualquier sitio, no es un acto machista en absoluto, como tampoco lo es el hecho de no sentarme nunca en un transporte público, porque al final acabo avergonzándome cuando veo a una embarazada o a alguien de más edad que la mía, de pie y sin asiento que ocupar. Como no lo es ceder el lugar en la cola o el primer taxi disponible a quien viene agobiado y con prisa, o quitarte el sombrero cuando entras en una casa o un lugar público. Así que entérate, cretina de concurso. Cederte el paso no tiene nada de especial porque es un reflejo instintivo, natural, que a la gente de buena crianza, y de ésa todavía hay mucha, le surge espontánea ante varones, hembras, ancianos, niños, e incluso políticos y admiradores de Almodóvar. Ni siquiera es por ti. Ni siquiera porque seas mujer, que también, sino porque la buena educación, desde decir buenos días a ceder el paso facilita la vida y crea lazos solidarios entre los desconocidos que la practican.Жаль, что у меня не было времени и терпения высказать ей все, что мне хотелось. Что-то вроде: "Мол вы ошиблись, сеньора, или как там вас. Пропустить вас в дверях или в другом месте — это совсем не мачизм, как не мачизм то, что я никогда не сижу в общественном транспорте, просто мне все равно станет стыдно, когда я увижу стоящую беременную женщину или кого-то старше меня. Так же как не мачизм уступить место в очереди или такси тому, кто спешит; или снять головной убор, приветствуя кого-нибудь или войдя в дом или общественное место. Это чтоб ты знала, идиотка несчастная. Пропустить тебя — это просто рефлекс, непроизвольный и естественный для воспитанных людей (а их еще хватает): пропустить мужчину, женщину, ребенка и даже политика или почитателя Альмодовара. Ты здесь ни при чем. Я сделал это не из-за того, что ты женщина, а просто потому что воспитанность — это когда здороваешься или пропускаешь кого-то вперед — облегчает жизнь и общение с незнакомыми, но такими же воспитанными людьми".



Y, bueno. Me habría gustado decir todo eso de golpe, allí mismo; pero no hubo tiempo. Tampoco sé si lo iba a entender. Así que permanecí inmóvil, mirándola con una sonrisa que, por supuesto, le resbaló por encima como si llevara un impermeable; porque al ver que me quedaba quieto y sin decir nada, cruzó el umbral con aire de estar gravemente ofendida. «Lo he hecho polvo», debía de pensar. Y yo la vi entrar mientras pensaba, a mi vez: No es por ti, boba. Sé de sobra que no lo mereces. Es por mí. Por la idea que algunos procuramos mantener de nosotros mismos. Algo que, mientras te veo salir de esa librería que de tan poca utilidad parece haberte sido, me hace sonreír con absoluto desprecio.Ну да ладно. Жаль что я не сказал все это там, на месте, но не было времени. Да и не знаю, поняла бы она. Так что я стоял и смотрел на нее, улыбаясь, что ее совершенно не тронуло, потому что, увидев, что я стою и ничего не говорю, она прошла с видом смертельно оскорбленной. "Как я его срезала", — должно быть подумала она. А я, в свою очередь глядя на нее, думал: "Это не из-за тебя, дура. Я прекрасно знаю, что ты этого не заслуживаешь. Это из-за меня. Из-за того, что некоторые из нас стараются всегда оставаться самими собой. И поэтому я презрительно улыбаюсь, глядя как ты выходишь из магазина, который вряд ли был тебе чем-то полезен".


"Не ослепляйся своим знанием... И совет держать позором не считай, советуйся с мудрыми старцами и искренними друзьями".
"Кабус-намэ".
Аватара пользователя
Wladimir
Любитель
 
Сообщения: 5444
Зарегистрирован: Пт дек 09, 2005 12:28
Язык(-и): esp-rus

Re: Опыты перевода с испанского

Сообщение alek.zander » Ср авг 29, 2018 11:36

Wladimir писал(а): Жаль что я не сказал все это там, на месте, но не было времени.


Я понимаю, что именно так и стоит переводить условное наклонение в большинстве случаев.
Но здесь после него стоит "но". Получается шероховато. Дублируется.
В случае "я бы и сказал всё это там, на месте, но просто не успел" или "жаль что я не сказал все это там, на месте. (точка)" вопросов бы не возникло.
Ну или выбросить это "но". Типа "жаль, что у меня не было времени сказать всё это прямо там, на месте".

Кстати, почему у него не было времени? Остановиться пропустить было, а сказать не было? В ступоре-то он сколько простоял?

Жалкое такое оправдание для l'esprit d'escalier.
alek.zander

 
Сообщения: 287
Зарегистрирован: Ср фев 11, 2009 14:22

Re: Опыты перевода с испанского

Сообщение Wladimir » Ср авг 29, 2018 15:48

alek.zander писал(а):
Wladimir писал(а): Жаль что я не сказал все это там, на месте, но не было времени.

Я понимаю, что именно так и стоит переводить условное наклонение в большинстве случаев.
Но здесь после него стоит "но". Получается шероховато. Дублируется.
В случае "я бы и сказал всё это там, на месте, но просто не успел" или "жаль что я не сказал все это там, на месте. (точка)" вопросов бы не возникло.
Ну или выбросить это "но". Типа "жаль, что у меня не было времени сказать всё это прямо там, на месте".

Кстати, почему у него не было времени? Остановиться пропустить было, а сказать не было? В ступоре-то он сколько простоял?

Жалкое такое оправдание для l'esprit d'escalier.

Спасибо за замечание. Вы правы. Как часто бывает -- редактировал фразу и не доглядел.
:-(
Про ступор автора ничего сказать не могу. Вообще-то, он тут (в статье) несколько раз повторяет одно и то же (как он всех всегда пропускает), и на это время у него нашлось. Подозреваю, что он во время "ступора" уже сочинял свою статью.
:-)
"Не ослепляйся своим знанием... И совет держать позором не считай, советуйся с мудрыми старцами и искренними друзьями".
"Кабус-намэ".
Аватара пользователя
Wladimir
Любитель
 
Сообщения: 5444
Зарегистрирован: Пт дек 09, 2005 12:28
Язык(-и): esp-rus

Пред.След.


Словари русского языка

www.gramota.ru
Словарь Мультитран
Язык

Вернуться в Центральный дом литературного переводчика

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 6