Немецкий семинар №11

[Ирина Миронова]

На этот раз пропускаю...

Понравился перевод Sunday.

[Alma]

Агнес Саппер
Акациевое дерево
Далеко, у городских ворот стоит большой дом, это детский госпиталь. Там лечится много маленьких детей.
В середине морозной зимы заболела малышка Ленхен. Её отвезли в детский госпиталь. Там она долго лежала и ухаживала за ней медицинская сестра.
- Ах, сестра Берта, - вздохнула Ленхен, - я уже так долго болею, когда же я снова буду здоровой?
Тогда сестра Берта показала на акацию, которая стояла под окном совершенно голая и простирала свои сухие ветви за садовую стену, и сказала:
- Когда ветви акации покроются зелёными листьями, ты снова станешь здоровой.
С этого дня Ленхен каждый день смотрела со своей кровати в окно, не показались ли на ветвях акации зелёные листья, и мечтала об этом.
Минула зима, добрая сестра Берта ушла, другая сестра ухаживала за детьми. Наступила весна, на живой изгороди и кустах проклюнулись листья, многие деревья уже цвели, и только акация стояла голая, как и зимой.
- Ах, сестра Мари, - вздохнула Ленхен, - когда же акация станет зелёной?
Тогда сестра Мари посмотрела на дерево без единого листа; она не знала, что акации каждый год зеленеют позже других деревьев, и так как видела голое дерево, ответила:
- Эта, видно, уже никогда не станет зелёной, она погибла.
Ленхен ужаснулась и подумала про себя: «Тогда и я никогда не стану здоровой, тогда и я погибла». И несчастная девочка тихо заплакала в своей кроватке, отвернулась от окна и совсем не хотела смотреть в него. Но сестра не знала, почему так происходит и однажды сказала врачу:
- Мне кажется, у ребёнка болят глаза, она всё время отворачивается от окна.
- Тогда нужно поставить перед кроватью ширму, - ответил врач, - чтобы она не смотрела на яркое. Так перед перед кроватью Ленхен появилась стена, и она больше не видела окно.
Минули многие недели, всех детей, которых зимой привезли в госпиталь, уже давно забрали домой, и только Ленхен не становилось лучше.
- Ты не хочешь попробовать встать? – спрашивала иногда сестра Мари тихого ребёнка.
- Я не могу, я ведь погибла, - отвечала малышка и её оставляли в покое.
Однажды врач сказал:
- Я совсем не понимаю, почему у этого ребёнка нет улучшения. Сестра, поднесите малышку к окну, чтобы я мог осмотреть её получше.
Ленхен не хотела к окну, потому что не желала видеть погибшее дерево, но сестра Мари взяла её за руку и подвела к окну. Ленхен зажмурила глаза. У окна стоял врач.
- Открой глаза! -приказал он.
Тогда она повиновалась и открыла глаза. Её взгляд упал на акацию, и она увидела, что всё дерево покрыто зелёными листочками, они трепетали на солнце, а меж ветвей, которые, простираясь за стену, словно приветствовали прохожих, блестело голубое небо. И тут Ленхен радостно закричала:
- Акация зелёная, теперь я здорова, так сказала сестра Берта!
Врач и сестра смотрели на неё удивленно, потому что совсем не понимали, о чём говорит ребёнок, но радовались, что Ленхен так счастлива. Ещё очень долго девочка стояла у окна и никак не могла насмотреться на зелёное дерево, а спустя ещё несколько дней она уже играла в саду под красивым акациевым деревом с другими детьми и вновь была весела и здорова.

[Имя- Mila]

Здравствуйте, только что увидела новый семинар, надеюсь еще успеть, была не была...

Агнес Сапер
Акация.

Прямо за городскими воротами стоит большое здание – детская больница, в которой лежит много больных детей.

Посреди холодной зимы заболела и маленькая Лена. Ее привезли в больницу, уложили в кровать и долго-долго лечили.

- Я уже так долго болею, - жаловалась Лена медсестре Берте, - когда же я, наконец, выздоровею?

За окном росло большое дерево акации. Его сухие, голые ветви торчали во все стороны над стеной сада. Берта указала ей на дерево и ответила:
- Когда на акации вновь зазеленеют листья, тогда и ты выздоровеешь.
С тех пор маленькая Лена каждый день смотрела в окно и с нетерпением ждала, когда же зазеленеет акация.

Прошла зима, добрая Берта перешла в другую больницу, и на смену ей пришла другая медсестра. Наступила весна, зазеленели поля и кустарники, на многих деревьях стали распускаться цветы, лишь акация стояла без единого листочка, как и зимой.

- Ах, Мари, - всхлипывая, говорила маленькая Лена новой медсестре, - когда же, наконец, зазеленеет акация?
Мари взглянула на голое дерево: она не знала, что акация всегда зеленеет позже остальных деревьев, и решила, что дерево засохло.
- Это дерево больше не зазеленеет – оно умерло.
Услышав эти слова, маленькая Лена испугалась и подумала: «Тогда и я никогда уже не выздоровею, я тоже умерла.» Она заплакала, отвернулась от окна и ни за что больше не хотела смотреть на улицу. Медсестра никак не могла понять, почему, и сказала врачу:
- Я думаю, у девочки болят глаза: она все время отворачивается от окна.

- Значит, нужно поставить ширму, чтобы ей не мешал солнечный свет, - решил врач.
Так, перед кроватью маленькой Лены появилась ширма, и она не могла больше смотреть в окно.

Проходили недели, заболевшие зимой дети выздоравливали и уходили домой, только маленькая Лена никак не поправлялась.
- Может, попробуешь встать с кровати? – спрашивала ее иногда медсестра Мари.

- Я не могу, я умерла, - грустно отвечала девочка, и ее оставляли в покое.

- Не понимаю, почему эта девочка не поправляется? - сказал однажды врач, - Сестра, поднесите ее ближе к окну, чтобы я мог осмотреть ее получше.
Маленькая Лена не хотела приближаться к окну, не хотела видеть мертвое дерево, но Мари взяла ее на руки и поднесла к доктору. Тогда маленькая Лена крепко зажмурилась.
- Открой-ка глаза! – повелел врач. Девочка послушалась и открыла глаза. Первый же взгляд ее упал на акацию и маленькая Лена увидела, что все дерево покрылось зелеными листочками, которые трепетали в солнечном свете. Акация приветливо покачивала своими ветвями, сквозь которые виднелось голубое небо. Увидев это, маленькая Лена встрепенулась и громко закричала:
- Акация зазеленела, значит и я выздоровела, сестра Берта говорила правду!

Доктор и медсестра удивленно переглянулись, не понимая, о чем говорит девочка, но были рады, что ребенок так счастлив. Долго-долго стояла маленькая Лена у окна и никак не могла насмотреться на зеленое дерево, и уже через несколько дней она весело играла с другими детьми в саду, под акацией, и скоро совсем выздоровела.

[Katja K. (Die Lahn)]

Акация

За городом, возле городских ворот, стоит большой дом. Это больница для детей, в ней много маленьких пациентов.

Когда посреди суровой зимы заболела маленькая Ленхен, ее тоже положили в детскую больницу. Она лежала в кроватке, и сестры ухаживали за ней, день за днем.
«Ах, сестра Берта,- вздохнула как-то Ленхен, - я так долго болею, когда же я, наконец, поправлюсь?»
В ответ сестра Берта указала на акацию, что росла перед окном и простирала голые ветки за садовую изгородь. «Вот как появятся на акации зеленые листья, ты и выздоровеешь», - сказала она. Каждый день выглядывала теперь Ленхен из своей кроватки в окно, не показались ли на акации листочки. Уж очень она этого ждала.

Прошла зима, добрую сестру Берту сменила другая сестра. С наступлением весны все кусты и деревья покрылись зеленой листвой, зацвели яблони и вишни, и лишь акация оставалась такой же безжизненной, как и в зимние месяцы.
„Ах, сестра Мария, - вздохнула Ленхен, - когда же, наконец, зазеленеет акация?». Сестра Мария бросила взгляд на серое дерево. Она не знала, что акация всегда просыпается позже остальных деревьев, и, оглядев голые ветки, произнесла: «да деревце-то, пожалуй, совсем засохло». Ленхен сильно испугалась этих слов и подумала: «значит, и я никогда не буду здоровой, я тоже засохла». И бедная девочка заплакала безутешно, отвернулась от окна и более не желала смотреть в него. Сестра не могла взять в толк, что же случилось с ребенком, и однажды сказала врачу: «Наверное, у девочки от света болят глаза, она всегда отворачивается от окна».

„Значит, надо поставить ширму перед ее кроватью, чтобы оградить ее от света», - решил врач. И перед кроватью Ленхен появилась ширма, загородившая окно.
Прошло немало времени. Все ребятишки, попавшие зимой в больницу, давно покинули ее, и только Ленхен по-прежнему оставалась больна. «Не хочешь ли ты попробовать подняться?» - спрашивала иногда сестра Мария вялое дитя. «Я не могу, ведь я засохла», - отвечала девочка, и ее оставляли в покое.

Как-то врач произнес: «Не понимаю, отчего этот ребенок не идет на поправку. Сестра, поднесите-ка девочку к окну, я хочу получше рассмотреть ее». Ленхен не хотела, чтобы ее подносили к окну, она не желала видеть засохшее дерево, но сестра Мария исполнила то, что просил врач. Ленхен зажмурилась. Однако стоявший у окна доктор строго сказал ей: «Открой глаза». Она послушно раскрыла глаза, и взгляд ее сразу упал на акацию. И что же? Дерево было сплошь покрыто зелеными листьями, они трепетали в лучах солнечного света, а сквозь радостно распростертые ветви сияло голубое небо. Тут Ленхен возликовала: «Акация зазеленела, теперь и я здорова, так сказала сестра Берта!»

Врач и сестра обменялись удивленными взглядами. Они не поняли, о чем говорит девочка, но рады были видеть ее такой счастливой. Долго еще не отходила Ленхен от окна, не в силах налюбоваться на зеленеющее дерево. Через пару дней она уже играла с другими детьми в саду под зеленой акацией, и вскоре стала совсем здорова.

[NPD]

Древо Акации.

За городскими воротами стоит большой дом – это детская больница. В ней лежит много больных детей.

Посреди холодной зимы маленькая Ленхен заболела. Ее положили в больницу. Там много дней она лежала в постели, и медсестра ухаживала за ней.

“Ах, сестра Берта”, - со вздохом сказала она, я болею уже так долго, когда же я наконец снова стану здорова”?

Сестра Берта показала ей на дерево акации, которое стояло перед окном совершенно голым, а его сухие сучья тянулись над стеной сада, и сказала: “Когда на акации снова появятся зеленые листья, ты выздоровеешь”. Целыми днями Ленхен только и делала, что смотрела со своей кроватки из окна - не показались ли на акации зеленые листья - и очень тосковала об этом.

Зима прошла, добрая сестра Берта перешла на другую работу, вместо нее за детьми теперь следила другая сестра. Настала весна, на всех живых изгородях и кустах появлялись листья, многие деревья уже зацвели, одна лишь акация все еще стояла голой, как зимой.

“Ах, сестра Мэри, - со вздохом сказала Ленхен, когда же, наконец, акация зазеленеет”? Cестра Мэри взглянула на дерево без листьев: она не знала, что акация выпускает листья всегда позже остальных деревьев, - и, глядя на голое дерево, ответила: “Оно никогда больше не будет зеленым, оно умерло”. Ленхен ужаснулась, потом подумала про себя: “Я тоже никогда больше не выздоровею, потому что я умру” - и несчастный ребенок тихо плакал в своей кроватке, отвернувшись от окна и не желая никогда больше выглядывать на улицу. Сестра не догадывалась, - почему именно, однажды она сказала врачу: “Я думаю, что у ребенка болят глаза – он всегда отворачивается от окна”.

“Тогда нужно поставить перед кроватью ширму”, - сказал врач, чтобы она не видела света”. Так перед кроватью Ленхен появилась стена, и она больше не могла видеть окно.

Прошло много недель, все попавшие зимой в больницу дети уже давно вернулись домой, только Ленхен никак не становилось лучше. “Ты не хочешь попытаться встать”? - спрашивала иногда сестра Мэри изможденную девочку.

“Я не могу, у меня все онемело”, - говорила малышка, и ее оставляли лежать.

В один из дней врач сказал: “Я абсолютно не могу понять, почему этот ребенок никак не идет на поправку? Cестра, подведите его в следующий раз поближе к окну, чтобы я лучше мог рассмотреть его”. Ленхен не хотела подходить к окну, потому что она не желала видеть мертвое дерево, но сестра Мэри взяла ее за руку и сделала так, как требовал врач. Ленхен крепко зажмурила глаза. У окна стоял врач. “Открыть глаза”, - приказал он. Она подчинилась и открыла глаза. Она сразу же бросила взгляд на акацию, и перед ее взором предстало дерево, сверху донизу покрытое густой зеленой листвой; листья покачивались в солнечном свете и небо сияло между ветвями, которые приветливо поднимались над стеной. Переполненная сильной радостью Ленхен закричала: “Акация зазеленела, теперь я буду здорова – так сказала сестра Берта”!

Врач и сестра удивленно переглянулись, так как совершенно не понимали, что девочка имела в виду, но остались довольны тем, что Ленхен стала такой счастливой. Долго-долго сидела Ленхен у окна и не могла оторвать глаз от зеленого дерева, а еще через несколько дней она играла с другими детьми под прекрасным деревом акции, и вскоре снова стала здоровой и полной сил.

[Имя- Mila]

Katja K. (Die Lahn)
Просто замечательный, живой, язык и стиль!
По-моему, 1 место.

[Sunday]

Мне кажется, чтобы обсуждение переводов было плодотворным, надо бы сперва определиться, что же и для кого переводилось. Это трогательная история для взрослых? Рассказ для детей? Для какой аудитории старался переводчик? И тогда уже обсуждать, ориентируясь на восприятие читателей, для которых это все и переводилось.

По-моему, написано для детишек, для маленьких. И тогда перед обсуждением надо бы определить критерии для перевода ДЕТСКОГО рассказа.
Хорошо было бы, если б побольше конкурсантов вкратце сказали о своих критериях, чем они руководствовались при переводе и "зрители в первом ряду", независимые арбитры сказали бы, чем они будут руководствоваться при оценке

П. С. Какой у всех суровый врач!

[Olga_DE]

Eins vorweg:
рассказ взят из сборника детских рассказов Агнес Саппер, в предисловии у автора написано:

Zum Vorlesen im Familienkreise
von
Agnes Sapper

Поэтому я переводила однозначно как рассказ для детей, стараясь использовать привычные для детских книжек обороты и избегая сложных слов и конструкций.

[ja]

Это трогательная история для взрослых? Рассказ для детей? Для какой аудитории старался переводчик? И тогда уже обсуждать, ориентируясь на восприятие читателей, для которых это все и переводилось.
По-моему, написано для детишек, для маленьких.

И по-моему.

И тогда перед обсуждением надо бы определить критерии для перевода ДЕТСКОГО рассказа.
Хорошо было бы, если б побольше конкурсантов вкратце сказали о своих критериях, чем они руководствовались при переводе и "зрители в первом ряду", независимые арбитры сказали бы, чем они будут руководствоваться при оценке

Попытка с критериями:
- просто: текст должен легко восприниматься на слух, отдельные предложения должны быть очевидными (логичными для обыденной жизни или описанной до этого момента реальности)
- словарь: не взрослый, но (исходя из надежды, что чтение окультуривает:) и не детский, ведь про непонятное выражение есть у кого спросить.
- раз уж текст иностранный, инокультурные реалии не табу (см. про окультуривает:), но критерии простоты важнее.
- и, наконец, для детской прозы рискну утверждать (ранее рисковал рассматривать как один из допустимых подходов), что понятные слова и смысл важнее неповторимого авторского стиля (не призывая из всего "Курочку Рябу" делать;)

П. С. Какой у всех суровый врач!

О, да! :))

[Имя- Mila]

Я переводила для детской аудитории и проверяла "читаемость" на своих детях - детям понравилось...
Но, по-моему, и авторский стиль, эта некая "ностальгическая нотка", не должна теряться в переводе. Но с этим практически все справились, как мне кажется.

[Имя- Mila]

П. С. Какой у всех суровый врач!

Да, врач суров, но ведь в то время с детьми не слишком сюсюкались... Если можно, я быстренько исправляю свое "повелел" на "велел", но не более!

[Asmodey]

Да, врач суров, но ведь в то время с детьми не слишком сюсюкались... Если можно, я быстренько исправляю свое "повелел" на "велел", но не более!

Причем, почему-то никто не перевел der Arzt как "доктор". Хотя в детских рассказах и произведениях вроде чаще используют "доктор". Тот же доктор Айболит, например.
Для себя тоже определил рассказик как детский, рассчитанный на 7-8 летнюю аудиторию.

[Ирина Миронова]

Мне кажется, что аудитория у этого рассказа - дети дошкольного возраста, которые не все умеют читать. Ключевое слово здесь - простота изложения. Рассказ не должен быть перегружен излишними эпитетами, речь должна быть плавной, сложные обороты не нужны. Обстановка тоже должна быть представимой: ведь все дети ходят в поликлинику, а там есть врачи и медсёстры. Если рассказ про русскую девочку Лену (Леночку), то "тётя", "медсестра"; если про немецкую девочку Ленхен - то "сестра Берта (Мари)" и т.п. История эта - о силе воображения, образ здесь всего один - акация, а характеров нет ни одного. Я вначале представила себе на месте девочки маленькую соседку из моего детства Еленку (так её звала мама): она всё это могла вообразить. Однако столкнулась с тем фактом, что про конкретную девочку переводить нельзя (не получается): он про всех девочек (и мальчиков). Дальше просто не хватило времени (много всего другого надо было сделать). И ни в коем случае это не трогательная история для взрослых. Слёз и умиления здесь быть не должно.
А дети 7-8-летнего возраста читают (или слушают) уже более длинные и сложные произведения.

[Inge]

С большим опозданием выкладываю свой перевод.
Акация
За городскими воротами стоит большой дом. Это детская больница. Там лежит много больных детей.
В середине холодной зимы заболела маленькая Леночка. Ее привезли в детскую больницу и положили в постель. Долгое время за ней ухаживала медсестра.
«Ах, сестра Берта», вздохнула Леночка, «я так давно больна, когда же я поправляюсь?»
Тогда сестра Берта показала на голую акацию, стоящую за окном, раскинув сухие ветки через ограду сада, и сказала: «Когда у акации снова появятся листья, тогда и поправишься». Теперь Леночка каждый день смотрела в окно и ждала, когда на акации распустятся зеленые листья.
Зима прошла. Добрая сестра Берта уехала, другая сестра ухаживала за детьми. Наступила весна, все живые изгороди и кусты распустили листья, многие деревья уже зацвели, только акация стояла все еще голая, как зимой.
«Ах, сестра Мария», вздохнула Леночка, «когда же зазеленеет акация?» Тогда сестра Мария взглянула на безлистное дерево; она не знала, что акации всегда зеленеют позже других деревьев, и так как она увидела голое дерево, то ответила: «Это дерево никогда не зазеленеет, оно погибло». Тогда Леночка испугалась и подумала: «тогда и я никогда не поправлюсь, тогда и я погибла». И бедная девочка тихо заплакала в своей кроватке, отвернулась от окна и перестала в него смотреть. Сестра же не знала, в чем причина этого, и однажды сказала врачу: «Я думаю, у девочки болят глаза, она всегда отворачивается от окна». «Тогда нужно поставить ширму перед ее кроватью», ответил врач, «чтобы девочка не смотрела на свет». Так появилась перегородка перед кроватью Леночки, и она больше не могла видеть окно.
Прошло несколько недель, все дети, попавшие в больницу зимой, уже давно поправились и уехали, только Леночке не становилось лучше. «Ты не хочешь попробовать встать?», спрашивала иногда сестра Мария тихую девочку. «Я не могу, я погибла», отвечала малютка, и ее оставляли в покое.
Однажды врач сказал: «Я совсем не понимаю, почему этой девочке не становится лучше. Сестра, поднесите малютку к окну, чтобы я лучше смог ее рассмотреть ». Леночка не хотела к окну, потому что не хотела смотреть на погибшее дерево, но сестра Мария взяла ее на руки и сделала то, что велел врач. Леночка зажмурила глаза. У окна стоял врач. «Открой глаза!», попросил он. Тогда она послушалась и открыла глаза. Ее взгляд упал на акацию, та была покрыта зелеными листьями. Они раскачивались на свету, а синее небо сияло сквозь ветки, приветливо клонящиеся через ограду. Леночка радостно вскрикнула: «Акация зазеленела, я снова здорова, так сказала сестра Берта!».
Врач и сестра удивленно посмотрели друг на друга, потому что совсем не понимали, что девочка имела в виду, но порадовались тому, что Леночка была так счастлива. Очень долго стояла Леночка у окна и не могла насмотреться на зеленое дерево. Через несколько дней она уже играла в саду с другими детьми под красивой акацией и снова была бодра и здорова.

[Имя- Mila]

И ни в коем случае это не трогательная история для взрослых.

+1!
Мне, как взрослому (надеюсь!) читателю, бросается в глаза лишь толстокожесть новой медсестры, надо же, так напрямик... Хотя, опять же, с детьми в то время не слишком сюсюкались. Но ни умиления, ни трогательности рассказ не вызывает.

[Имя- Mila]

Поговорим о деталях?
Мне, например, хотелось все-таки оставить в рассказе "иностранный дух", не руссифицировать. Но Ленхен - казалось слишком странно и немного смешно для русских детей, а Леночка - все-таки слишком по-русски. Поэтому героиню я окрестила "маленькая Лена", но оставила сестру Берту и сестру Мари дла иностранного колорита. Кто что об этом думает?

[Inge]

Поговорим о деталях?
Мне, например, хотелось все-таки оставить в рассказе "иностранный дух", не руссифицировать. Но Ленхен - казалось слишком странно и немного смешно для русских детей, а Леночка - все-таки слишком по-русски. Поэтому героиню я окрестила "маленькая Лена", но оставила сестру Берту и сестру Мари дла иностранного колорита. Кто что об этом думает?

Я тоже сначала хотела написать "маленькая Лена". думаю, это хороший вариант.

[Asmodey]

Мне, например, хотелось все-таки оставить в рассказе "иностранный дух", не руссифицировать. Но Ленхен - казалось слишком странно и немного смешно для русских детей, а Леночка - все-таки слишком по-русски. Поэтому героиню я окрестила "маленькая Лена", но оставила сестру Берту и сестру Мари дла иностранного колорита. Кто что об этом думает?

Я больше склоняюсь к тому,чтобы имена переводить так как они есть. Или если уж переводить имена согласно русскому аналогу, то переводить тогда всех персонажей. А то получается русская девочка и иностранный персонал больницы.
Хотя "маленькая Лена" мне нравится больше, чем "Леночка".

Мне, как взрослому (надеюсь!) читателю, бросается в глаза лишь толстокожесть новой медсестры, надо же, так напрямик... Хотя, опять же, с детьми в то время не слишком сюсюкались.

Ага, меня тоже удивила прямолинейность медсестры. Но с другой стороны, она не была в теме девочки, и имхо сочла ее вопрос обычным, без скрытого смысла. Мол, мало ли чего не спрашивают дети...

[Имя- Mila]

Или если уж переводить имена согласно русскому аналогу, то переводить тогда всех персонажей. А то получается русская девочка и иностранный персонал больницы.

Но имя "Лена" в Германии уже почти своим считается... Да и Ленхен - это же от Лены. Просто по-русски не звучит, как впрочем и "тётя Берта и тётя Мари"...
А может просто добавить в начале рассказа: "Прямо за городскими воротами одного старинного немецкого городка стоит большое здание – детская больница..."

[NPD]

А может просто добавить в начале рассказа: "Прямо за городскими воротами одного старинного немецкого городка стоит большое здание – детская больница..."

А где сказано, что он старый? (Tо, что он немецкий, предполагается по умолчанию ).