Что касается мнения Elke, то позволю себе с ним не согласиться. В то время, когда был написан этот рассказ, проблема охраны животных не стояла столь остро.
Никаких животных Альфред Хеншке не жалеет.
Проанализируем, как говорится, образ главного героя.
То, что Жаба - существо злобное, можно понять из слов "zischte" (прошипела) и "bösartig" (зло, злобно). Кроме того, так она ведёт себя с людьми. Перед Богом она вежливо приподнимает головной убор (о последнем чуть позже). Да она ещё и ханжа!
Во-вторых, Жаба жалкА. Её не жалко, но она жалкА. Из чего это видно?
Она сидит на высоком стуле перед стойкой (довольно жалкое зрелище; сука так жалко здесь не выглядит), пьет (холоднокровное существо! - спасибо кому-то за дельное и тонокое замечание) горячий глинтвейн, от которого ей никогда (спасибо, Галина) лучше не становилось, ну, не идёт ей глинтвейн впрок, и не может идти, но она поступает, как люди, которые пьют кофе, когда он им не нравится, только потому, что пить его здесь принято.
И, наконец, она приподнимает вежливо... ihren braunen Plüschhut, что все радостно перевели как "коричневую плюшевую шапочку". И были бы совершенно правы, если бы это не был художественный текст. Но ведь это еще одна деталь, показывающая, как она жалкА. Здесь нужно было поискать словечко. Что-то такое презрительное, даже уничижительное. Ведь это не шляпа со страусовыми перьями, не шляпка даже (в России времена Блока), а ..."менингитка" какая-то. Одним словом, что-то старушечье, тепленькое на голове.