Африканская Зимняя сказка

Имя я должен посмотреть, но его название знаю я наизусть "Директор королевской сельской зимней школы ". Когда я был ребенком, то под словом "директор" я представлял себе начальника вокзала, а "зимняя школа" превращалась в сказку - школа, как вокзал, которая растворяется в белоснежном цвете.
Но сначала: этот доктор А. Шлевер, именно он был директором школы, которая являлась не только зимней, но также и королевской, был автором книги "Млекопитающие", с которой я вошел в это мир. Это была книга моего дедушки, она стояла рядом с Библией на буфете. Эта книга значила для меня тоже, что и для моего набожного деда Библия, которую он считал "КНИГОЙ".
Когда вместе с моими родителями и, не дай Бог, с родственниками приходилось навещать дедушку, то одна единственная вещь утешала меня - это книга. Я проводил с ней сотни часов. Впрочем, я любил своего дедушку, но, вот, мне не доставляло удовольствия навещать его вместе с взрослыми, они мешали. Они мешали даже тогда, когда я сидел, склонившись над книгой, и когда привозили меня обратно со своими повседневными разговорами из африканской степи в Цофинг, где жил мой дед, даже когда мы оставались одни, жил он тоже в африканской степи.
Позже, когда я мог немного читать, то дюжины раз прочитывал книгу "Ягуар - это кровожадный зверь, обитает в основном в Южной Америке" и "Сиамская кошка имеет гладкий, коричнево-желтого цвета мех". Я до сих пор не знаю, как выглядит коричнево-желтый цвет. Это должен быть цвет зимней школы, той чудесной зимней школы, которая начинается где-то на вокзале и ведет далеко в африканскую степь, где обитает южноамериканский ягуар.
Собственно говоря, все это были предпосылки к тому, чтобы я стал большим любителем животных, преданным своему делу зоологом или высококлассным специалистом в области, изучающей животных, живущих в степи. Но я никем не стал - остался тоскующим школьником по сказочной, коричнево-желтого цвета зимней школе.
Сейчас книга принадлежит мне. Теперь больше она не стоит одна рядом с Библией, напротив, находиться в большом стеллаже. Мне немного жаль, что именно эта книга, в которой есть все-все о мире, стоит рядом с книгами, в которых есть лишь что-то. Время от времени я открываю книгу, но каждый раз начинается с разочарования, она не кажется больше такой удивительно красочной как при первом просмотре, но при последующем рассматривании, воспоминание принимает тот коричнево-желтый цвет, который не существует в этом мире, но это цвет того мира, где начинается сельско-королевский вокзал, которым руководит Шлевер.
Если бы я тогда правильно понял книгу, то стал бы любителем млекопитающих животных, но к моему счастью, я понял книгу неверно - "Млекопитающие земли", ведь не звери, а весь мир, который находится где-то в Африке, сделал мне это.
В Африке я никогда не был. В школе коричнево-желтого цвета учат не средству существования и не будущему, а учат бытию и мечтам. Между прочим, книга имела свой запах, запах сильный, едкий, который долгие часы оставался на пальцах. Для меня это был запах букв, которые я все время читаю и, которые напоминают мне запах зимней школы и, не зависимо от того, где была книга, в убранном доме моих родителей или же в моем неубранном, она все равно имела этот запах. Я никогда не мыл руки перед тем, как взять книгу и после ее прочтения. Королевский Шлевер не раз напоминал, что кровля имела своеобразный запах, это я нахожу мило и по-настоящему тактично с его стороны.
Это была хорошая зимняя школа на вокзале. Хороша она была тем, что в ней не надо было учить ничего другого кроме Земли, что она есть и, что она так велика и богата. Я мог все неверно в этой школе понимать, и эта привилегия дала мне большие возможности. В конце не оставалось ничего другого кроме запаха, запаха, который сопровождал меня всю дальнейшую жизнь, запах букв.
Тут нечего и придумывать, что бы случилось, если бы я учился в этой школе, в которой учат предметы, например, млекопитающих, способствуют раскрытию талантов высокоодаренных людей и где бы раскрыли мою одаренность к млекопитающим животным. Тогда бы я, скорей всего, отправился бы в Африку, но никогда бы не попал в ту Африку, где находится зимняя коричнево-желтого цвета школа Шлевера.